Свинья в образе дьявола

Тот год вы­дал­ся очень хо­лод­ным. Все в ле­су по­ник­ло, сжа­лось, да­же кам­ни пот­реска­лись.

По до­роге шел кресть­янин. Он воз­вра­щал­ся в род­ную де­рев­ню из даль­них мест. На пле­че у не­го был по­яс, на­битый ве­щами и съ­ес­тны­ми при­паса­ми. Кресть­янин был вы­сок рос­том, стро­ен, сту­пал он по зем­ле лег­ко и уве­рен­но. В пу­ти он пот­ра­тил поч­ти все свои день­ги, по­это­му те­перь то­ропил­ся быс­трее по­пасть до­мой. Он шел днем при све­те сол­нца и ночью при све­те лу­ны.

В один из дней кресть­янин так ус­тал, что но­ги его ста­ли зап­ле­тать­ся, и он ре­шил при­лечь, от­дохнуть пос­ле труд­но­го днев­но­го пе­рехо­да, и вдруг вда­ли мель­кнул свет лам­пы. Об­ра­дован­ный пут­ник быс­трее за­шагал на да­лекий мер­ца­ющий ого­нек.

Дой­дя до пе­рек­рес­тка, кресть­янин раз­ли­чил, на­конец, что та­инс­твен­ный свет ис­хо­дит из глу­хих за­рос­лей кус­тарни­ка, рос­ше­го на са­мом краю по­ля.

Ос­то­рож­но приб­ли­зив­шись к кус­тарни­ку, кресть­янин уви­дел вы­сокую ка­мен­ную сте­ну, а за ней кры­шу па­годы. Боль­шие во­рота бы­ли за­пер­ты, и над ни­ми све­шива­лись вет­ви ог­ромно­го де­рева.

Стук­нув нес­коль­ко раз в во­рота, кресть­янин крик­нул, что­бы ему от­во­рили, но ник­то не от­ве­тил. Тог­да, на­валив­шись всем те­лом, он по­пытал­ся от­во­рить во­рота си­лой. Но во­рота не под­да­вались. Они бы­ли мас­сивны и, ви­димо, креп­ко за­пер­ты из­нутри.

Сде­лав еще нес­коль­ко по­пыток про­ник­нуть за во­рота, кресть­янин ре­шил не тра­тить зря вре­мени и пе­релезть че­рез вы­сокую сте­ну. Схва­тив­шись за креп­кую вет­ку раз­ве­сис­то­го де­рева, он вска­раб­кался на не­го, а за­тем лег­ко пе­рес­ко­чил на сте­ну.

Он очу­тил­ся на без­людном дво­ре, пос­ре­ди ко­торо­го воз­вы­шалась па­года, из­лу­чав­шая яр­кий свет.

Ос­то­рож­но спус­тившись со сте­ны, кресть­янин нап­ра­вил­ся к па­годе. Вок­руг нее все за­рос­ло гус­той тра­вой, и кресть­янин ре­шил, что это мес­то дав­но по­кину­то людь­ми.

Кресть­янин был храб­рый че­ловек, он мог один от­пра­вить­ся в глубь джун­глей, но сей­час его не­воль­но ох­ва­тил страх.

По­дой­дя к па­годе, кресть­янин заг­ля­нул внутрь: пос­ре­дине сто­ял длин­ный стол, весь ус­тавлен­ный яс­тва­ми, и вок­руг — ни­кого.

Пос­то­яв нем­но­го, кресть­янин дос­тал из сво­его по­яса две ри­совые ле­пеш­ки, мя­со и стал есть. Он от­ло­мил по­лови­ну ле­пеш­ки, а ос­таль­ное сно­ва спря­тал в по­яс. Под­кре­пив­шись, ре­шил при­лечь от­дохнуть. Но не ус­пел он сом­кнуть глаз, как ус­лы­шал плач, до­носив­ший­ся из-за сте­ны. Сон как ру­кой сня­ло. Он встал и вы­шел в сад, вни­матель­но прис­лу­шива­ясь.

Обой­дя ко­лодец, кресть­янин заг­ля­нул в тем­ное ок­но од­ной из ком­нат. При све­те лам­пы, ос­ве­щав­шей па­году, он раз­гля­дел пла­чущую жен­щи­ну, она си­дела на го­лом по­лу, ее пле­чи то и де­ло вздра­гива­ли от горь­ких ры­даний.

Дер­жа на­гото­ве свой ос­трый нож, кресть­янин дви­нул­ся ис­кать вход. А плач все не прек­ра­щал­ся. Най­дя, на­конец, дверь, кресть­янин тол­кнул ее, но она ока­залась за­пер­той. Он на­чал гром­ко сту­чать, по­ка из тем­но­ты не до­нес­ся жа­лоб­ный го­лос жен­щи­ны:

— Они пой­ма­ли ме­ня и за­пер­ли в этой страш­ной ком­на­те! Здесь так жут­ко!

Кресть­янин со все­го раз­ма­ха уда­рил но­гой в дверь, сор­вал за­мок, и дверь рас­пахну­лась.

Он очу­тил­ся в сы­рой по­лутем­ной ком­на­те, воз­дух в ней был спер­тым, пах­ло гнилью. Пос­ре­ди ком­на­ты на по­лу си­дела сов­сем на­гая де­вуш­ка, ру­ки ее бы­ли прик­ру­чены к тол­стой ка­мен­ной ко­лон­не.

Пе­рес­тав всхли­пывать, де­вуш­ка рас­те­рян­но смот­ре­ла на во­шед­ше­го.

Кресть­янин бро­сил­ся к бед­ной де­вуш­ке, быс­тро раз­вя­зал ее ру­ки и лас­ко­во про­гово­рил:

— Не бой­тесь ме­ня, рас­ска­жите, как вы здесь ока­зались!

Зу­бы де­вуш­ки сту­чали, как в ли­хорад­ке. Вся съ­ежив­шись от хо­лода, она мол­ча­ла.

— По­жалуй­ста, про­шу вас, уве­дите ме­ня от­сю­да, — вы­мол­ви­ла она на­конец. — Я рас­ска­жу вам все. Но толь­ко не в этой мер­зкой, страш­ной ком­на­те.

Поп­ро­сив де­вуш­ку по­дож­дать его нем­но­го, кресть­янин сбе­гал в па­году, взял там лам­пу и свой по­яс.

При све­те де­вуш­ка стыд­ли­во прик­ры­ла об­на­жен­ную грудь. Ее чер­ные и блес­тя­щие во­лосы па­дали на прек­расное ли­цо и смуг­лую спи­ну. Ей мож­но бы­ло дать не бо­лее во­сем­надца­ти лет. Осу­нув­ше­еся ли­чико вы­ража­ло ис­крен­нюю бла­годар­ность, блес­тя­щие по­лудет­ские гла­за смот­ре­ли дру­желюб­но и при­вет­ли­во. На за­тек­ших ру­ках ос­та­лись све­жие руб­цы от ве­ревок.

Прик­рывшись ста­рой ру­баш­кой, ко­торую дал ей кресть­янин, де­вуш­ка сбив­чи­во на­чала рас­ска­зывать, как ее по­садил в за­точе­ние злой дь­явол, и тут же поп­ро­сила по­мочь ей унич­то­жить прок­ля­того зло­дея. Кресть­янин ви­дел, как де­вуш­ка обес­си­лела. Он не дал ей встать, а под­нял и уло­жил в дру­гой ком­на­те. Сам же пос­пешно вы­шел во двор па­годы.

Сто­яла глу­бокая хо­лод­ная ночь. Гус­тая пе­лена ту­мана зас­ти­лала все вок­руг. Блед­ная лу­на еле прос­ве­чива­ла сквозь гус­тые тем­ные ту­чи.

Силь­ный оз­ноб и ус­та­лость зас­та­вили кресть­яни­на ос­та­новить­ся и прис­ло­нить­ся к лес­тни­це. Он глу­боко за­думал­ся. Нес­час­тная де­вуш­ка, ее бе­да и не­ведо­мый злой дух, ко­торо­го на­до во что бы то ни ста­ло отыс­кать, взвол­но­вали его до глу­бины ду­ши. Хо­лод про­низы­вал до кос­тей и уси­ливал тре­вогу. А тут еще под­нялся ве­тер. Боль­шие жел­тые листья со свис­том сры­вало с де­ревь­ев, они в не­ис­то­вом вих­ре кру­жились в воз­ду­хе. Ве­тер це­лыми охап­ка­ми ки­дал их к по­рогу па­годы. Сто­ял та­кой гул, буд­то над­ви­гал­ся тай­фун. За­уныв­но скри­пели тол­стые вы­сокие де­ревья, рас­ка­чива­емые вет­ром. И над всей этой су­мато­хой зло­вещим жел­тым све­том мер­ца­ла да­лекая хо­лод­ная лу­на.

Вдруг сре­ди шу­ма и гро­хота кресть­янин яс­но раз­ли­чил не­обыч­ный звук: ка­залось, кто-то от­во­рял тя­желые во­рота па­годы. За­тем раз­дался от­четли­вый стук в сте­ну.

Кресть­янин вздрог­нул и креп­ко сжал в ру­ке нож. Пос­лы­шал­ся гро­хот, по­хожий на скрип де­ревян­ных ко­лес, а за­тем то­пот мно­жес­тва ног. И в сле­ду­ющий миг кресть­янин уви­дел ста­до чер­тей. Они бы­ли по­хожи на боль­шие кув­ши­ны с тол­сты­ми ко­рот­ки­ми руч­ка­ми. Боль­шие крас­ные пас­ти и ос­тро­конеч­ные уши при­дава­ли им бе­зоб­разный вид.

Чер­ти та­щили ко­лес­ни­цу, на ко­торой си­дело ка­кое-то жир­ное чер­ное чу­дови­ще. Пос­ре­дине дво­ра ко­лес­ни­ца ос­та­нови­лась, и чу­дови­ще груз­но спус­ти­лось на зем­лю. На го­лове его тор­ча­ла крас­ная ша­поч­ка, а в ши­роком жел­том ха­лате оно ка­залось еще бо­лее тол­стым и от­вра­титель­ным.

Но вот чу­дови­ще за­мети­ло кресть­яни­на, оно соб­ра­лось бы­ло бро­сить­ся на не­го, но ос­трый длин­ный нож в ру­ках кресть­яни­на ос­та­новил дь­яво­ла.

За­тем чу­дови­ще про­ковы­ляло к па­годе, взоб­ра­лось по сту­пень­кам и, ог­ля­дев­шись, усе­лось на низ­кую кро­вать, ко­торую тут же при­нес­ли ему чер­ти. От не­го ис­хо­дил ос­трый неп­ри­ят­ный за­пах. Прис­мотрев­шись, кресть­янин за­метил, что чу­дови­ще очень по­ходит на свинью: та­кая же мор­да с уз­ки­ми и уд­ли­нен­ны­ми глаз­ка­ми, та­кая же чер­ная гус­тая ще­тина, толь­ко ко­пыт­ца ко­рот­кие и боль­шие, как пло­ды ба­нана.

Гля­дя на чу­дови­ще, кресть­янин не­воль­но вспом­нил бо­гачей из сво­ей де­рев­ни, ко­торые так бы­ли по­хожи на эту свинью в об­ра­зе дь­яво­ла.

Низ­ко­рос­лые урод­ли­вые чер­ти под­несли чу­дови­щу обед с то­го мо­лит­венно­го сто­ла, ко­торый сто­ял пос­ре­ди па­годы, и рас­ста­вили пе­ред са­мой его мор­дой.

Чу­дови­ще по­мани­ло кресть­яни­на сво­ими ко­рот­ки­ми паль­ца­ми, приг­ла­шая раз­де­лить обед. Кресть­янин кив­нул го­ловой, но но­жа из рук не вы­пус­тил. Взгля­нув еще раз на нож, чу­дови­ще ис­пу­ган­но за­бега­ло гла­зами и что-то не­доволь­но прох­ри­пело. За­тем ста­ло жад­но хва­тать пи­щу и за­совы­вать кус­ки в пасть. Чер­ти не ус­пе­вали под­но­сить но­вые блю­да. Кресть­янин же ел ма­ло и не спус­кал глаз с чу­дови­ща. Наб­лю­дая за ним, он ре­шил, что убить его лег­че все­го за обе­дом. А чу­дови­ще тем вре­менем осу­шило боль­шой жбан ви­на, воб­ра­ло го­лову и до­воль­но поч­мо­кива­ло гу­бами — точь-в-точь как свинья пос­ле сыт­ной еды.

Чу­дови­ще опь­яне­ло от ви­на и еды и ста­ло ме­нее ос­то­рож­ным. Тог­да кресть­янин дос­тал из-за по­яса со­леное мя­со, очис­тил его от листь­ев и по­ложил на стол не­дале­ко от се­бя. Мя­со ап­пе­тит­но пах­ло. По­чувс­тво­вав его за­пах, чу­дови­ще мо­мен­таль­но схва­тило ку­сок и це­ликом су­нуло се­бе в пасть. Кресть­янин ждал, ког­да чу­дови­ще сно­ва по­тянет­ся к мя­су. Тог­да он быс­тро схва­тил его за ко­рот­кую ла­пу и с раз­ма­ху опус­тил свой ос­трый нож. Чу­дови­ще взвы­ло, из­дав звук, по­хожий на хрю­канье, и прев­ра­тилось в боль­шую чер­ную свинью. Сва­лив­шись с кро­вати, свинья нес­коль­ко раз пе­ревер­ну­лась и пус­ти­лась на­утек. А за ней и все ста­до чер­тей. У па­годы опять все стих­ло.

Ус­лы­шав то­пот, из ком­на­ты вы­бежа­ла де­вуш­ка. Она под­бе­жала к кресть­яни­ну, и он по­казал ей от­рублен­ную ла­пу чу­дови­ща. На гла­зах ее выс­ту­пили сле­зы ра­дос­ти. С вол­не­ни­ем смот­ре­ла она на смель­ча­ка, не в си­лах вы­мол­вить ни сло­ва. За­тем, ус­по­ко­ив­шись, на­чала рас­сказ о се­бе.

Ро­дилась она в бед­ной кресть­ян­ской семье, не­пода­леку от гор. Ее ро­дите­ли дав­но умер­ли, и она жи­ла со сво­ей ба­буш­кой. В де­рев­не из­давна су­щес­тво­вал обы­чай пок­ло­нять­ся Ду­ху свиньи. Ник­то не знал, ког­да по­явил­ся этот обы­чай, но его стро­го ис­полня­ли все, бо­ясь воз­мездия не­ба. Еже­год­но де­рев­ня при­носи­ла в жер­тву Ду­ху од­ну мо­лодую де­вуш­ку. Де­ревен­ские бо­гачи де­лали так, что­бы эта де­вуш­ка бы­ла из бед­ной семьи. В те­чение трех дней ее зас­тавля­ли есть пи­щу без со­ли, ку­пать­ся в чис­той во­де, а за­тем, раз­дев до­нага, бро­сали свя­зан­ной в па­году. Ка­кое-то вре­мя де­вуш­ка дол­жна бы­ла удов­летво­рять по­хоть Ду­ха, а за­тем он съ­едал ее.

Лю­ди воз­му­щались этим обы­ча­ем. Де­вуш­ка вспом­ни­ла, как од­нажды все бед­ные жи­тели де­рев­ни, во­ору­жив­шись кто чем, нап­ра­вились к бо­гачам, что­бы пот­ре­бовать от­ме­ны это­го по­ряд­ка. И толь­ко ког­да слу­ги от­кры­ли стрель­бу по тол­пе, кресть­яне ра­зош­лись. Под пред­ло­гом то­го, что кресть­яне чи­нили в де­рев­не раз­бой, бо­гачи приз­ва­ли из про­вин­ции сол­дат и су­дей-ман­да­ринов. За­чин­щи­ков жес­то­ко из­би­ли и бро­сили в тюрь­му.

По­том сол­да­ты вор­ва­лись в дом, где жи­ла де­вуш­ка, и, как она ни соп­ро­тив­ля­лась, ее схва­тили и по­тащи­ли. Кресть­яне хо­тели бы­ло за­щитить де­вуш­ку, но ее свя­зали и на бам­бу­ковом ко­ромыс­ле от­несли в па­году. От го­ря ба­буш­ка по­меша­лась и упа­ла на до­рогу…

В сво­ей страш­ной учас­ти де­вуш­ка об­ви­няла бо­гачей. Нель­зя бы­ло без воз­му­щения слу­шать ее рас­сказ. И в ду­ше кресть­яни­на под­ня­лась оби­да за всех бед­ня­ков, над ко­торы­ми из­де­вались бо­гачи.

На сле­ду­ющий день ран­ним ут­ром кресть­яне при­вели в де­рев­ню ста­рую жен­щи­ну с се­дыми во­лоса­ми. Это бы­ла ба­буш­ка нес­час­тной де­вуш­ки. Сле­зы счастья тек­ли по ее мор­щи­нис­тым ще­кам, ког­да она об­ни­мала свою внуч­ку. Вмес­те с ни­ми ра­дова­лись и под­ру­ги де­вуш­ки.

На пло­щади соб­ра­лась вся де­рев­ня. Лю­ди ра­дос­тно сме­ялись, гром­ко раз­го­вари­вали, как на праз­дни­ке. Все зна­ли о под­ви­ге кресть­яни­на и те­перь ре­шили отыс­кать и до­бить свинью в об­ра­зе дь­яво­ла. Сра­зу же нес­коль­ко смель­ча­ков выз­ва­лось отыс­кать чу­дови­ще. К ним при­со­еди­нились и ос­таль­ные. С ос­тры­ми пи­ками и длин­ны­ми пал­ка­ми дви­нулись прес­ле­дова­тели по кро­ваво­му сле­ду. Ста­рики не хо­тели от­ста­вать от мо­лодых и то­же при­со­еди­нились к ним.

Ско­ро след при­вел их к под­но­жию гор. В гус­той тра­ве, сре­ди кам­ней, пря­тал­ся вход в глу­бокую пе­щеру. Кресть­яне раз­ло­жили на этом мес­те боль­шой кос­тер. Гус­той дым по­полз в пе­щеру, а кресть­яне в это вре­мя при­гото­вили свое ору­жие. Ждать приш­лось не­дол­го. И вот из глу­бины пе­щеры пос­лы­шал­ся крик, а за­тем Ог­ромная, с буй­во­ла, свинья без од­ной но­ги выс­ко­чила из пе­щеры. Она пе­ремах­ну­ла че­рез кос­тер и по­бежа­ла, хро­мая, в лес. Ее ще­тина бы­ла опа­лена, а из об­рубка со­чилась кровь. Все ки­нулись вдо­гон­ку. Ско­ро зло­го зве­ря нас­тигли и уби­ли.

Во­семь здо­ровых пар­ней под­ня­ли ту­шу и по­нес­ли в де­рев­ню. Навс­тре­чу им вы­сыпа­ли де­ти и дрях­лые ста­рики. На­чалось нас­то­ящее тор­жес­тво.

Ста­рики ре­шили меж­ду со­бой, что де­вуш­ка дол­жна вый­ти за­муж за сво­его спа­сите­ля. Ба­буш­ка бла­гос­ло­вила этот брак. Кресть­янин и де­вуш­ка сму­щен­но пос­мотре­ли друг на дру­га и улыб­ну­лись так, как мо­гут улы­бать­ся толь­ко влюб­ленные.