Тигр и моллюск

В этом ру­чей­ке во­да бы­ла всег­да проз­рачна, а те­чение шум­ное и ве­селое, как гул дож­дя. В бе­лой пе­не пос­то­ян­но кру­жились листья — они то то­нули, то всплы­вали вновь.

Ря­дом с боль­ши­ми, оде­тыми мхом, кам­ня­ми спо­кой­но дре­мал Мол­люск в сво­ей ра­ковин­ке, чис­той и проз­рачной. Он нас­лаждал­ся мир­ной кар­ти­ной ве­село­го и проз­рачно­го ру­чей­ка. Друзья Мол­люска, та­кие же мол­люски, как и он, то­же без­мя­теж­но от­ды­хали в те­ни кам­ней, раз­бро­сан­ных по все­му рус­лу.

Мол­люск был до­волен сво­ей жизнью. Он был да­же счас­тлив. Но слу­чилось вдруг та­кое, что на­руши­ло его спо­кой­ную жизнь…

Од­нажды Тигр пой­мал лес­ную свинью и, ута­щив ее в за­рос­ли, съ­ел. На­сытив­шись, он нап­ра­вил­ся к ручью уто­лить жаж­ду. Гла­за Тиг­ра свер­ка­ли как два кос­тра, а у рта еще ос­та­вались сле­ды кро­ви. Его страш­ные клы­ки бы­ли об­на­жены. Тигр по­дошел к ручью и прыг­нул на ка­мень. Ка­мень ока­зал­ся сколь­зким, и Тигр чуть не упал, но удер­жался. От не­ожи­дан­но­го тол­чка Мол­люск прос­нулся. Воз­му­щен­ный тем, что его пот­ре­вожи­ли, Мол­люск не­охот­но вы­полз из сво­ей ра­ковин­ки. В этот мо­мент Тигр вы­сунул свой шер­ша­вый крас­ный язык и нак­ло­нил­ся к во­де. Толь­ко он кос­нулся во­ды, как ру­че­ек мо­мен­таль­но стал крас­ным и дур­но за­пах­ло кровью. На­пив­шись, Тигр под­нял квер­ху свою ог­ромную мор­ду, и кап­ли во­ды заб­лесте­ли на его шер­сти. За­тем он опять нак­ло­нил­ся к ручью и тут толь­ко за­метил Мол­люска.

— Ха, Мол­люск, — про­рычал Тигр. — Я ви­жу, ты чем- то не­дово­лен! Ин­те­рес­но бы­ло бы уз­нать, что ты ешь, ле­жа сре­ди этих го­лых кам­ней? Твое счастье, что я толь­ко что за­кусил свинь­ей, а то бы я прог­ло­тил те­бя. Ва­шу бес­по­лез­ную и ле­нивую по­роду дав­но по­ра из­вести.

Ска­зав это, Тигр ух­мыль­нул­ся и ляз­гнул сво­ими ос­тры­ми зу­бами. Сло­ва тиг­ра рас­серди­ли Мол­люска. Он был сла­бым, этот Мол­люск, и не знал, как на­казать Тиг­ра, заг­рязнив­ше­го проз­рачный ру­чей. Но все же он от­ве­тил сме­ло:

— Это не твое де­ло! Ты раз­бой­ник. Ты уби­ва­ешь оле­ней, по­еда­ешь сви­ней. По-тво­ему, ты при­носишь поль­зу? Но лад­но, здесь те­бе де­лать не­чего. Ты на­пил­ся во­ды и уби­рай­ся. Крас­ная кровь в ручье мне не по ду­ше.

Ска­зав это, Мол­люск с тру­дом по­вер­нулся и по­полз к се­бе под ка­мень.

— Жал­кая по­рода эти мол­люски, — ус­мехнул­ся Тигр. — Ку­да ты пол­зешь, Мол­люск, ведь ты не мо­жешь да­же дви­гать­ся… Я ду­маю, те­бе не сто­ит жить, ты толь­ко по­зоришь ручьи и ле­са.

Мол­люск вски­пел. Он так рас­сердил­ся, что его сла­бое те­ло все зат­ряслось. Не в си­лах сдер­жать воз­му­щение, Мол­люск крик­нул:

— Я ни­чего не стою? Хо­рошо! Но в бе­ге ме­ня ник­то не об­го­нит!

Ус­лы­шав эти сло­ва, Тигр зап­ро­кинул мор­ду к лу­не и за­хохо­тал:

— Ну и нас­ме­шил! Не рех­нулся ли ты, ми­лый?! — и за­хохо­тал еще гром­че.

— Я об­ла­даю та­лан­том быс­тро бе­гать и ни­чего не бо­юсь, — за­паль­чи­во кри­чал Мол­люск. — Мо­жешь про­верить, ес­ли угод­но. Зав­тра ут­ром при­ходи на это са­мое мес­то, и мы по­тяга­ем­ся.

Тигр про­дол­жал сме­ять­ся. Од­на­ко, ви­дя уп­рямс­тво Мол­люска, он ряв­кнул:

— Что ж, я при­нимаю пред­ло­жение.

Но Мол­люска уже нель­зя бы­ло сдер­жать.

— Ес­ли ты, Тигр, про­иг­ра­ешь, — кри­чал он, под­за­дори­вая Тиг­ра, — то ни­ког­да боль­ше не при­дешь сю­да. Ес­ли же я про­иг­раю, то ты мо­жешь съ­есть ме­ня. Та­ково мое ус­ло­вие!

— Прек­расно! Толь­ко нуж­но ус­ло­вить­ся нас­чет сиг­на­ла. Я, нап­ри­мер, мо­гу ры­чать, а как ты дашь о се­бе знать, жал­кий хвас­тун?

На это Мол­люск не за­думы­ва­ясь от­ве­тил:

— Ког­да я до­бегу до ус­ловно­го мес­та, я крик­ну «ху», и ты уз­на­ешь, что я при­бежал!

Тигр са­модо­воль­но взгля­нул на лу­ну.

— Я — царь ле­сов и гор. Все бо­ят­ся ме­ня, ник­то не сме­ет тя­гать­ся со мной, Тиг­ром. Ты, Мол­люск, прос­то глуп. Ты пос­мел зак­лю­чить па­ри с ца­рем ле­сов и гор. Но лад­но же. Те­бе, ви­димо, на­до­ела жизнь. Пусть ты ум­решь. Зав­тра ут­ром я при­ду на это мес­то про­учить те­бя, хвас­тли­вого глуп­ца.

Ска­зав это, Тигр спрыг­нул на бе­рег и скрыл­ся в джун­глях.

Ка­мень, на ко­тором толь­ко что сто­ял Тигр, все еще ка­чал­ся, и Мол­люск, гля­дя на этот ка­мень, вдруг за­рыдал. Что те­перь де­лать? Толь­ко для то­го, что­бы пос­то­ять за свой род, сог­ла­сил­ся он сос­тя­зать­ся с Тиг­ром. Но те­перь он по­нял, что это дей­стви­тель­но глу­по. Мол­люск весь съ­ежил­ся в сво­ей ра­ковин­ке и про­дол­жал горь­ко пла­кать. По­том он по­думал, что нуж­но рас­ска­зать о сво­ей бе­де друзь­ям мол­люскам. Мо­жет быть, они по­сове­ту­ют, как те­перь ему быть. Ведь лить сле­зы бес­по­лез­но.

В эту же ночь Мол­люск соб­рал сво­их дру­зей и рас­ска­зал им о сво­ем спо­ре с Тиг­ром. Выс­лу­шав его, не­кото­рые мол­люски вы­рази­ли не­доволь­ство:

— Что ты на­делал, брат! По­чему не по­корил­ся судь­бе? Ведь у те­бя нет ни ног, ни рук. Как же ты по­бежишь?

От их уко­ров Мол­люск опять зап­ла­кал. Весь дро­жа, он про­гово­рил, на­конец, сквозь сле­зы:

— А ес­ли так, то Тигр всег­да бу­дет пре­зирать нас.

В раз­го­вор вме­шал­ся еще один мол­люск. Это был са­мый муд­рый мол­люск из всех мол­люсков. Его те­ло бы­ло очень ма­лень­ким, а ра­ковин­ка име­ла зна­читель­но боль­шее чис­ло за­вит­ков, чем у дру­гих его соб­рать­ев. По­вер­нув к го­воря­щим свой ос­тро­конеч­ный до­мик, он ска­зал:

— На­ши до­ма, ува­жа­емые мол­люски, рас­по­ложе­ны на кам­нях вдоль все­го ру­чей­ка. Нас так мно­го, что не сос­чи­тать. Ког­да Тигр бу­дет бе­жать по бе­регу и кри­чать, то мы по оче­реди бу­дем от­ве­чать ему. И Тигр бу­дет ду­мать, что Мол­люск обог­нал его. Так он про­иг­ра­ет на­вер­ня­ка.

Пред­ло­жение муд­ро­го мол­люска бы­ло встре­чено с вос­торгом. Все на­чали от ра­дос­ти тан­це­вать, заб­равшись на свет­лые реч­ные ка­меш­ки. Толь­ко в пол­ночь, ког­да лу­на спря­талась за ту­чи, мол­люски улег­лись спать. А за­дол­го до рас­све­та все уже бы­ли на но­гах.

Вый­дя из сво­их убе­жищ, мол­люски рас­по­ложи­лись це­поч­кой вдоль ре­ки. Муд­рый мол­люск хо­дил от од­но­го к дру­гому, да­вая пос­ледние ука­зания. Пос­мотрев на сво­их дру­зей, он ра­дос­тно вскрик­нул:

— Вы те­перь ви­дите, как нас мно­го!

В от­вет мол­люски толь­ко зас­ме­ялись, и их ра­ковин­ки друж­но за­колы­хались в такт бе­гу ру­чей­ка.

На­конец явил­ся Тигр.

— Ну что? Нач­нем? — спро­сил он.

— Нач­нем! — спо­кой­но от­ве­тил Мол­люск. — Я го­тов. Ты, зна­чит, бе­жишь вдоль ручья, а я по ручью.

И со­рев­но­вание на­чалось.

Тигр, сор­вавшись с мес­та, сде­лал нес­коль­ко прыж­ков, обер­нулся и так ряв­кнул, что во­да в ручье за­кипе­ла и за­пени­лась. Но в тот же миг Тигр яс­но ус­лы­шал пе­ред со­бой от­ветный крик:

— Ху-у-у! Я здесь, Тигр!

Удив­ленный этим, Тигр при­бавил хо­ду. Но толь­ко ос­та­новил­ся, что­бы опять ряв­кнуть, как сно­ва ус­лы­шал впе­реди се­бя звон­кий писк Мол­люска. На этот раз Тигр ре­шил не ос­та­нав­ли­вать­ся и не обо­рачи­вать­ся, он при­пус­тил во всю мочь. Но как быс­тро ни бе­жал, по-преж­не­му пе­ред ним зву­чал го­лос Мол­люска. Сви­репея, Тигр бе­жал все быс­трее и быс­трее. Его ры­чание ста­нови­лось сла­бее, а крик Мол­люска зву­чал все гром­че.

Сол­нце на­чина­ло при­пекать силь­нее, ста­нови­лось жар­ко. С тру­дом ды­шал Тигр, рас­крыв свою ог­ромную пасть. Пот ка­тил­ся с не­го гра­дом, буд­то он толь­ко что выс­ко­чил из во­ды.

Про­бежав еще нес­коль­ко мет­ров, Тигр ос­та­новил­ся, что­бы ог­ля­нуть­ся. Он поп­ро­бовал по­дать го­лос, и, вмес­то гром­ко­го ры­чания, пос­лы­шал­ся сла­бый хрип. И в тот же миг впе­реди раз­дался звон­кий го­лос Мол­люска:

— Эй, Тигр! Да­вай под­нажми, а то про­иг­ра­ешь!

Пос­то­яв с ми­нуту, Тигр кач­нулся и вдруг тя­жело рух­нул на зем­лю. Его че­тыре лох­ма­тые ла­пы со­еди­нились вмес­те, а зу­бы зас­кре­жета­ли. В та­ком по­ложе­нии Тигр про­лежал до ве­чера. Ему бы­ло не­выно­симо стыд­но, ког­да он вспо­минал, что про­иг­рал ка­кому-то Мол­люску. На­конец он смог встать и уны­ло поп­лелся к то­му са­мому мес­ту, где на­кану­не повс­тре­чал­ся со сво­им про­тив­ни­ком. По­дой­дя к кам­ню, Тигр еще бо­лее изу­мил­ся, уви­дев на нем бод­ро­го и сме­юще­гося Мол­люска.

— Ну как? — мол­вил Мол­люск. — Ты все еще пре­зира­ешь нас, мол­люсков, или нет? Ска­жешь ли ты те­перь, что мы ле­нивы и бес­по­лез­ны?

Но Тигр ни­чего не от­ве­тил. Он ту­по ус­та­вил­ся сво­ими на­литы­ми кровью гла­зами на Мол­люска, не по­нимая, как это Мол­люск мо­жет бе­гать быс­трее его.

А Мол­люск про­дол­жал:

— Сог­ласно уго­вору ты, Тигр, те­перь дол­жен уб­рать­ся от­сю­да ко всем чер­тям и ни­ког­да не на­рушать по­коя на­шего ти­хого ру­чей­ка.

Тигр опус­тил го­лову и мед­ленно поб­рел в за­рос­ли. Прой­дя нес­коль­ко ша­гов, он вдруг гром­ко, с от­ча­яни­ем за­рычал. А Мол­люск от­ве­тил ему ве­селым, по­бед­ным кри­ком.

В ту ночь ру­че­ек опять стал проз­рачным, и от­ра­жение лу­ны чет­ко ко­лыха­лось в его зве­нящих во­дах. Те­чение, как всег­да, бы­ло шум­ным и ве­селым, слов­но гул дож­дя. В бе­лой пе­не про­дол­жа­ли кру­жить­ся листья — они то то­нули, то всплы­вали вновь.

Ря­дом с боль­шим об­росшим мхом кам­нем Мол­люск чис­тил свою проз­рачную ра­кови­ну и был до­волен жизнью. Друзья Мол­люска, та­кие же мол­люски как и он, ве­село гу­ляли по кам­ням и ра­дова­лись сво­ей счас­тли­вой судь­бе.