Длин­ная-длин­ная сказ­ка

В ста­рину, да­лёкую ста­рину, жил один вла­детель­ный князь. Боль­ше все­го на све­те лю­бил он слу­шать сказ­ки.
При­дут к не­му его приб­ли­жён­ные:
— Чем угод­но, князь, се­год­ня по­заба­вить­ся? В ле­су мно­го вся­кого зверья: и веп­рей, и оле­ней, и ли­сиц…
— Нет, не хо­чу на охо­ту ехать. Луч­ше мне сказ­ки ска­зывай­те, да под­линнее.
Нач­нёт, бы­вало, князь суд чи­нить.
По­жалу­ет­ся ему оби­жен­ный на ви­нова­того:
— Об­ма­нул он ме­ня, вко­нец ра­зорил…
А ви­нова­тый в от­вет:
— Князь, я но­вую сказ­ку знаю.
— Длин­ную?
— Длин­ную-длин­ную и страш­ную-страш­ную.
— Ну, рас­ска­зывай!
Вот те­бе и суд, и уп­ра­ва!
Ста­нет князь со­вет дер­жать, и там ему од­ни не­были­цы пле­тут.
Слу­ги кня­зя все де­рев­ни в том краю обе­гали, всех расс­пра­шива­ли, не зна­ет ли кто но­вой сказ­ки по­занят­нее.
Пос­та­вили по до­роге зас­та­вы:
— Эй, пут­ник, стой! Стой, те­бе го­ворят!
Обом­ле­ет пут­ник от ис­пу­га. Что за бе­да наг­ря­нула!
— Стой, го­вори прав­ду! Был ли ты на мор­ском дне в гос­тях у мор­ско­го ца­ря?
— Не-не-не был. Не до­велось.
— А на жу­рав­ле ле­тал?
— Нет-нет, не ле­тал. Кля­нусь, не ле­тал!
— Ну так по­летишь у нас, ес­ли сей­час же, тут же, на этом са­мом мес­те, не спле­тёшь не­были­цы по­чуд­нее.
Но кня­зю ник­то уго­дить не мог.
— Сказ­ки-то в на­ши вре­мена пош­ли ко­рот­кие, ку­цые… Толь­ко нач­нешь слу­шать с ут­ра по­рань­ше, как уже к ве­черу сказ­ка кон­ча­ет­ся. Нет, не те пош­ли те­перь сказ­ки, не те…
И по­велел князь пов­сю­ду объ­явить:
«Кто при­дума­ет та­кую длин­ную сказ­ку, что князь ска­жет: «До­воль­но!» — тот по­лучит в наг­ра­ду все, что по­жела­ет».
Ну, тут уж со всех кон­цов Япо­нии, с ближ­них и даль­них ос­тро­вов, по­тяну­лись к зам­ку кня­зя са­мые ис­кусные рас­сказ­чи­ки. По­пада­лись сре­ди них и та­кие, что це­лый день го­вори­ли без умол­ку, да еще и всю ночь в при­дачу. Но ни ра­зу князь не ска­зал: «До­воль­но!» Толь­ко вздох­нет:
— Ну и сказ­ка! Ко­рот­кая, ко­роче во­робь­ино­го но­са. Бы­ла бы с жу­рав­ли­ный нос, я и то наг­ра­дил бы!
Но вот од­нажды приш­ла в за­мок се­дая сгор­блен­ная ста­рушон­ка.
— Ос­ме­люсь до­ложить, я пер­вая в Япо­нии мас­те­рица длин­ные сказ­ки ска­зывать. Мно­гие у вас по­быва­ли, да ник­то из них и в уче­ники мне не го­дит­ся.
Об­ра­дова­лись слу­ги, при­вели её к кня­зю.
— На­чинай, — при­казал князь. — Но смот­ри у ме­ня, ху­до те­бе бу­дет, ес­ли зря пох­васта­лась. На­до­ели мне ко­рот­кие сказ­ки.
— Дав­но-дав­но это бы­ло, — на­чала ста­руха. — Плы­вут по мо­рю сто боль­ших ко­раб­лей, к на­шему ос­тро­ву путь дер­жат. Наг­ру­жены ко­раб­ли по са­мые края дра­гоцен­ным то­варом: не шёл­ком, не ко­рал­лом, а ля­гуш­ка­ми.
— Как ты го­воришь — ля­гуш­ка­ми? — уди­вил­ся князь. — За­нят­но, та­кого я ещё не слы­хал. Вид­но, ты и в са­мом де­ле мас­те­рица на сказ­ки.
— То ли ещё ты ус­лы­шишь, князь. Плы­вут ля­гуш­ки на ко­раб­ле. На бе­ду, толь­ко по­казал­ся вда­ли наш бе­рег, как все сто су­дов — трах! — ра­зом на­лете­ли на кам­ни. А вол­ны кру­гом так и ки­пят, так и бу­шу­ют.
Ста­ли тут ля­гуш­ки со­вет дер­жать.
«Да­вай­те, сес­тры, — го­ворит од­на ля­гуш­ка, — доп­лы­вём до бе­рега, по­ка не раз­би­ло на­ши ко­раб­ли в мел­кую ще­пу. Я стар­шая, я и при­мер по­кажу».
Пос­ка­кала она к бор­ту ко­раб­ля.
«Ква-ква-ква, ква-ква-ква, ква-ква-ква. Ку­да го­лова, ту­да и но­ги».
И прыг в во­ду — шлёп!
Тут и вто­рая ля­гуш­ка пос­ка­кала к бор­ту ко­раб­ля.
«Ква-ква-ква, ква-ква-ква, ква-ква-ква. Ку­да од­на ля­гуш­ка, ту­да и дру­гая».
И прыг в во­ду — шлёп!
Сле­дом третья ля­гуш­ка пос­ка­кала к бор­ту ко­раб­ля.
«Ква-ква-ква, ква-ква-ква, ква-ква-ква. Ку­да две ля­гуш­ки, ту­да и третья».
И прыг в во­ду — шлёп!
Сле­дом чет­вёртая ля­гуш­ка пос­ка­кала к бор­ту ко­раб­ля…
Це­лый день го­вори­ла ста­руха, а не пе­рес­чи­тала всех ля­гушек да­же на од­ном ко­раб­ле. А ког­да поп­ры­гали все ля­гуш­ки с пер­во­го ко­раб­ля, при­нялась ста­руха пе­рес­чи­тывать ля­гушек на дру­гом:
— Вот зап­ры­гала пер­вая ля­гуш­ка к бор­ту ко­раб­ля:
«Ква-ква-ква, ква-ква-ква, ква-ква-ква. Ку­да го­лова, ту­да и но­ги».
И прыг в во­ду — шлёп!
…Семь дней не умол­ка­ла ста­руха. На вось­мой день не вы­тер­пел князь:
— До­воль­но, до­воль­но! Сил мо­их боль­ше нет.
— Как при­кажешь, князь. Но ведь жаль. Я толь­ко-толь­ко за седь­мой ко­рабль при­нялась. Ещё мно­го ля­гушек ос­та­лось. Но де­лать не­чего. По­жалуй мне обе­щан­ную наг­ра­ду, я до­мой пой­ду.
— Вот наг­лая ста­руха! За­лади­ла од­но и то же, как осен­ний дож­дик, ещё и наг­ра­ду про­сит.
— Но ведь ты мол­вил: «До­воль­но!» А сло­во кня­зя, так я всег­да слы­шала, креп­че ты­сяче­лет­ней сос­ны.
Ви­дит князь, от ста­рухи не от­го­воришь­ся. При­казал он вы­дать ей бо­гатую наг­ра­ду и прог­нать за две­ри.
Дол­го ещё у кня­зя в ушах зву­чало:
«Ква-ква-ква, ква-ква-ква… Прыг в во­ду — шлёп!»
С тех пор раз­лю­бил князь длин­ные сказ­ки.