Лаппи и Тапио

Давно это было. Лаппи, смедый охотник, позвал товарищей погоняться за оленями. Целый день они были в лесу. А когда настала ночь, ушли в лесную избушку. Там и заночевали.

Утром охотники опять встали на лыжи. Лаппи погремел своими лыжами и сказал:

— Надо сегодня добыть три оленя: одного — для правой лыжи, другого — для левой лыжи, третьего — для лыжной палки.

Так и случилось. Едва отошли они от избушки, как попались им на пути три оленьих следа.

Пошли охотники по тем следам и увидели трех оленей: двух рогатых, а третьего безрогого. Безрогий ходил в сторонке.

Тогда Лаппи сказал:

— Ловите, друзья, рогатых, это ваши олени! А я погонюсь за тем, что в сторонке.

Весь день, до самого вечера, гонялся Лаппи за оленем. Но хоть и бегал он на лыжах, как ветер, поймать оленя он никак не мог.

Когда начало смеркаться, увидел Лаппи в лесу дом. Олень вбежал в огороженный двор — и Лаппи за ним.

Во дворе стоял хозяин, старый дед. На голове у него вместо волос рос седой лишайник, как в лесу на еловых сучьях. И такой же лишайник рос у него вместо бороды.

— Ого,- сказал старик,- это ты, негодный мальчишка, моего жеребчика в пот вогнал?

Лаппи посмотрел на старика и понял, что попал он в усадьбу лесного хозяина Тапио. Кому же охота ночью повстречаться С лешим в~ лесу! Однако Лаппи не заробел, подошел к старику, поздоровался и сказал:

— Я, правда, гнался за ним, да ведь не догнал!

— Ну, коль ты до темного вечера гонял моего жеребчика,- ответил Тапио,- то входи в мою избу, ночуй.

Лаппи вошел в избу и видит: здесь и олени, и лоси, здесь и медведи, и лисы, и волки, и всякие звери, какие только бывают в лесу…

Тапио накормил охотника, уложил спать. Утром Лаппи собрался уходить, а лыж его и не оказалось на месте. Спросил он у Тапио:

— Где же мои лыжи? А Тапио и говорит:

— Не хочешь ли ты быть моим зятем, Лаппи? У меня одна только дочь.

Лаппи ответил:

— Ясно, хотел бы. Только беден я!

— Хо-хо, не беспокойся об этом,- сказал Тапио.- У нас найдется все, что захочешь!

Сыграли свадьбу. И Лаппи, быстрый человек, смелый охотник, сделался зятем Тапио.

Три года прошло с тех пор. Уже и сын родился у Лаппи. Но захотелось Лаппи побывать в своем родном доме. Он попросил Тапио отпустить его туда. А Тапио сказал:

— Когда сделаешь лыжи по моему нраву, тогда попадешь домой.

Лаппи, не теряя времени, пошел в лес и взялся лыжи мастерить. Делает он лыжи, а над его головой синица сидит на суку и поет:

Топ топ, синица,

Вати-кути, воробей!

Вставь сучок

В лыжный желобок!

Лаппи швырнул щепкой в синицу:

— Что, негодница, там пищишь? Какие же это лыжи — с сучком в желобке?

Он сделал лыжи, разукрасил их как можно лучше и отнес их Тапио. Тот пробежался на лыжах, да тут же вернул их Лаппи:

— Не годятся они для меня.

На другой день Лаппи принялся делать новые лыжи. И снова прилетела синица, села на сучок и запела:

Топ топ, синица,

Вати-кути, воробей!

Вставь сучок

В лыжный желобок!

— Ты опять здесь, болтушка!- в сердцах сказал Лаппи и бросил палкой в синицу.

И это вместо того, чтобы послушаться ее! И сделал он обычные лыжи, как у всех людей, и принес их Тапио.

— Не годятся эти лыжи для меня,- сказал старик и снова вернул их Лаппи.

И на третий день Лаппи пошел в лес. Синица опять запела:

Топ топ, синица,

Вати-кути, воробей!

Вставь сучок

В лыжный желобок!

Тут Лаппи подумал: «Сделаю-ка я, как она велит!»

Он вставил крепкий сучок под лыжей в желобке и отнес лыжи Тапио.

— Вот это мои лыжи!- обрадовался Тапио.- Теперь я отпущу тебя.

Лаппи с женой и сыном собрались в дорогу. А Тапио захотел провожать их.

— Я пойду на. лыжах впереди тебя,- сказал Тапио,- а ты иди по моему следу. Где увидишь на снегу кружок от моей лыжной палки, тут и ночуй. Только шалаш делай как следует, чтобы звезды небесные не светили сквозь крышу.

И пошел Тапио вперед, сучок на его лыжах чертил на снегу отметины. По этому следу бежал Лаппи со своей женой и ребенком.

Только вечером увидели они на снегу первый кружок от лыжной палки. И тут был оставлен на ужин целый жареный лось.

Сделали из веток елей хороший шалаш, крышу плотно устлали хвоей, чтобы звезды небесные в шалаш не глядели. Переночевали здесь. А наутро надели лыжи и опять побежали. И мясо лося захватили с собой на дорогу.

Вечером они снова нашли на снегу кружок от лыжной палки. Здесь был для них зажарен целый олень. Снова сделали шалаш и крышу плотную, чтобы звезды к ним не могли заглянуть. Утром отправились дальше.

На третий день вечером опять нашли кружок от лыжной палки. Но здесь уже был им оставлен на ужин не лось, не олень, а глухарь.

— Только один глухарь зажарен,- сказал Лаппи.- Теперь смотри — дом не за горами.

Ну, а раз дом не за горами, то и шалаш на ночь кое-как сделали и крышу неплотно покрыли. А когда легли спать, то звезды небесные глядели на них сквозь хвою.

Встал утром Лаппи, а жены нет нигде. Вышел из шалаша — и следов на снегу нет. Куда идти, когда нет лыжни? Сидит Лаппи перед шалашом со своим ребенком и, что делать, не знает.

Но вот видит он — бежит лось. Лось пробежал мимо, усмехнулся и скрылся в лесу. И опять нет никого.

Наступил вечер. Пришлось Лаппи с ребенком остаться на ночь в своем шалаше.

Утром снова пробежал мимо лось и усмехнулся. А у Лаппи в шалаше вдруг оказался зажаренный глухарь. И на другой день так же, и на третий… И много лет прошло. А лось каждый день мимо бегал, и жареный глухарь появлялся в шалаше.

Сынок у Лаппи подрос, вышел очень толковый парень.

Как-то попросил он, чтобы отец сделал ему трубочку: хотелось ему посмотреть, далеко ли их дом. Лаппи на досуге сделал сыну трубочку. Сын посмотрел в нее и сказал:

— Отец, да мы давно с тобой дома! Вот и поле наше, изгороди наши и пастбища… Зачем нам с тобой уходить отсюда? Хорошие места у нас!

Так и остались Лаппи с сыном здесь, никуда не пошли дальше. С этих мест и взяла начало Лапландия — от Лаппи и его сына. Вот и весь сказ.