Ночь на ивана купалу

Был у од­но­го ба­рина хо­лоп ка­баль­ный. Вот и взду­мал этот хо­лоп на Ива­на Ку­палу, в са­мую ночь, схо­дить в лес, сор­вать па­порот­ник, что­бы клад дос­тать.
Дож­дался он этой но­чи, уло­жил ба­рина спать и в один­надцать ча­сов по­шел в лес.
Вхо­дит в лес. Раз­дался тут свист, шум, гам, хо­хот. Жут­ко ста­ло, но он все ни­чего: хоть жут­ко, а идет. Гля­дит — черт на ин­дей­ском пе­тухе вер­хом едет. И это ни­чего: про­шел хо­лоп — сло­ва не ска­зал.
И тут уви­дел: рас­тет вда­ли цве­ток, си­яет — точ­но на сте­бель­ке в ог­не уго­лек ле­жит.
Об­ра­довал­ся хо­лоп, бе­гом к цвет­ку по­бежал, а чер­ти ну его ос­та­нав­ли­вать: кто за по­лу дер­нет, кто до­рогу за­горо­дит, кто под но­ги под­ка­тит­ся, что­бы он упал. Уж поч­ти до­бежал хо­лоп до цвет­ка, но тут не вы­тер­пел да как руг­нет чер­тей:
— Отой­ди­те,— го­ворит,— вы от ме­ня, прок­ля­тые!
Не ус­пел вы­гово­рить, его на­зад от­бро­сило.
Де­лать не­чего, под­нялся, опять по­шел, ви­дит: на преж­нем мес­те блес­тит цве­ток. Опять его ста­ли ос­та­нав­ли­вать, опять дер­га­ют. Он все тер­пит; идет и идет, не ог­ля­нет­ся, сло­веч­ка не ска­жет, не пе­рек­рестит­ся, а сза­ди его та­кие-то стро­ют чу­деса, что страш­но по­думать!
По­дошел хо­лоп к цвет­ку; наг­нулся, ух­ва­тил его за сте­белек, рва­нул, гля­дит — вмес­то цвет­ка у чер­та рог отор­вал, а цве­ток все рас­тет по-преж­не­му и на преж­нем мес­те. Зас­то­нал черт на весь лес.
Не вы­тер­пел хо­лоп да как плю­нет:
— Ть­фу ты!
Не ус­пел про­гово­рить, вдруг его опять на­зад от­бро­сило. Убил­ся боль­но, да де­лать не­чего.
Он встал, опять по­шел. Опять по-преж­не­му блес­тит цве­ток на преж­нем мес­те. Опять его ста­ли ос­та­нав­ли­вать, дер­га­ют. Все стер­пел хо­лоп, ти­хонь­ко под­полз к цвет­ку — и сор­вал его!
Пус­тился он со цвет­ком до­мой бе­жать и боль за­был. Уж на ка­кие толь­ко хит­рости ни под­ни­мались чер­ти — ни­чего; хо­лоп бе­жит, ни на что не гля­дит — раз де­сять упал, по­ка до­мой при­бежал.
При­бега­ет к до­му, а из ка­лит­ки ба­рин вы­ходит и да­вай ру­гать хо­лопа на чем свет сто­ит:
— Алеш­ка! Где ты, без­дель­ник, был? Как ты смел без спро­су уй­ти?
Злой был ба­рин у хо­лопа да и вы­шел с пал­кой. По­винил­ся хо­лоп.
— Ви­новат, — го­ворит, — за цвет­ком хо­дил, клад дос­тать.
Пу­ще преж­не­го ба­рин оз­лился.
— Я те­бе, — го­ворит, — дам за цвет­ком хо­дить, я те­бя ждал-ждал! По­дай мне цве­ток! Клад най­дем — раз­де­лим.
Хо­лоп и то­му рад, что ба­рин хо­чет клад раз­де­лить с ним. По­дал цве­ток — и вдруг про­валил­ся ба­рин сквозь зем­лю. Цвет­ка не ста­ло! Тут и пе­тухи про­пели.
Гля­нул хо­лоп кру­гом — сто­ит он один; зап­ла­кал, бед­ня­га, поб­рел в дом. При­ходит, смот­рит — а ба­рин спит, как его уло­жил. По­тужил, по­тужил хо­лоп, да так и ос­тался ни с чем — толь­ко лишь с си­няка­ми.