Поп теленка родил

Был-жил преж­де поп с по­падь­ей, дер­жа­ли прис­лу­гу. У по­па стал жи­вот рас­ти. И нес­коль­ко ме­сяцев у не­го рас­тет и вы­рос боль­шой. Ска­зали по­пу, что есть ле­кар­ка не­дале­ко, так она от­га­дыва­ет, ка­кая боль в ком, а толь­ко на­до вы­мочить­ся, она уз­на­ет в мо­че.
Он вы­мочил­ся в гор­шок, это ра­бот­ни­ца по­нес­ла к ле­кар­ке в гор­шке. Шла до­рогой нес­коль­ко вре­мени и про­лила эту мочь и ста­ла пла­кать:
— Как бу­дет мне к по­пу явить­ся!
На это вре­мя она уви­дала, что ко­рова мо­чит­ся, она взя­ла этот гор­шок, тут и под­ста­вила, с этой мочью к ле­кар­ке яви­лась.
Ле­кар­ка и спра­шива­ет ее:
— Что это, не­уже­ли мочь по­пова?
Она го­ворит:
— Пра­во, пра­во, это по­пова! — го­ворит.
— Так ва­шему по­пу на­доть ско­ро ро­дить бы­ка! (Ко­рова бы­ла груз­ная).
Она и во­роти­лась на­зад к по­пу с эти­ми сло­вами и го­ворит по­пу, что «вам, ба­тюш­ка, на­до ро­дить те­лен­ка, бы­ка».
По­пу это бы­ло очень стыд­но, и го­ворит:
— По­падья, ты при­готовь мне с ут­ра, — го­ворит, — хлеб, а я уй­ду от сво­его мес­та, мне бу­дет здесь ро­дить стыд­но!
Ну, она при­гото­вила хлеб, он и ушел. Но и шел пу­тем, уви­дел — мер­твое те­ло ле­жит. У му­жика са­поги бы­ли хо­рошие, а у не­го то­пор с со­бой слу­чил­ся, он но­ги и от­ру­бил, в ко­том­ку их и за­валил.
Ну, и при­ходит на ноч­лег в боль­шое се­мей­ство; вып­ро­сил­ся поп тут к но­чи и по­ложи­ли его спать на при­лавок, и он спал очень креп­ко, ни­чего ночью не слы­шал.
А у этих у хо­зя­ев в то вре­мя те­лилась ко­рова, при­нес­ла бы­ка. У них в хле­ве бы­ло хо­лод­но; они это­го бы­ка вы­нес­ли на печ­ку, по­ложи­ли греть­ся; а поп не слы­шит ни­чего, и са­ми хо­зя­ева зас­па­ли очень креп­ко, а этот те­ленок с печ­ки упал, да к по­пу на при­лавок, и да­вай по­па … но­сом ве­рать. Поп про­будил­ся на это, спич­ку чир­кнул, пос­ве­тил и пог­ля­дел.
— Сла­ва бо­гу, — го­ворит, — я хоть не в сво­ем мес­те, сла­ва бо­гу, хоть ро­дил!
Поп встал ти­хонь­ко, гла­за пе­рек­рестил, из ко­том­ки са­поги вы­нул, на печ­ку и клал, а сам ко­том­ку за пле­чо да ти­хонь­ко ушел: хо­зя­ева не слу­шали бы. Поп и ушел.
По­ут­ру вста­ли хо­зя­ева, по­ут­ру и по­па нет, уви­дели на печ­ке од­ни но­ги по­повы! Те и ду­ма­ют: од­ни но­ги по­повы ос­та­лись на печ­ке, — ду­ма­ют, что те­ленок съ­ел по­па. Хо­зяй­ка крик­ну­ла му­жиков, что убей­те те­лен­ка, — те­ленок по­па съ­ел!
Му­жики за­раз и уби­ли и все­му се­мей­ству го­ворят, что ни­кому не раз­но­сите, что те­ленок эта­кой был — по­па съ­ел.
А поп до­мой при­был с ра­достью к по­падье сво­ей, что вот, го­ворит, ле­кар­ка прав­ду от­га­дала; рас­ска­зыва­ет свое пу­тешес­твие.