Сирота (Чукотская сказка)

Дав­ным-дав­но жил у дя­ди си­рота. Вы­ходил каж­дый день си­рота к за­валин­ке и пла­кал. По­том до­мой шел. Дя­дя спра­шивал его:

— От­ку­да при­шел?

Си­рот­ка от­ве­чал:

— Вон от­ту­да при­шел!

За­тем дя­дя го­ворил:

— По­ешь, не плачь!

Си­рот­ка го­ворил:

— Да я по­том!

Вот од­нажды пла­чет си­рот­ка у за­валин­ки. Вдруг трав­ничка го­ворит ему:

— Ну, не плачь! Пе­рес­тань пла­кать! Ког­да при­дешь до­мой, ска­жи дя­де: «Сде­лай мне лук, я бу­ду на пти­чек охо­тить­ся».

Про­дол­жа­ла го­ворить тра­вин­ка:

— Пусть хо­рошую стре­лу сде­ла­ет! Хо­рошень­ко пусть ос­тру­га­ет! Ког­да са­ма бу­дет сквозь пе­ред­нюю стен­ку по­лога про­ходить, тог­да ска­жи дя­де: «Хва­тит стро­гать!»

Вер­нулся си­рот­ка до­мой ра­дос­тный. Дя­дя спра­шива­ет:

— Че­го это ты се­год­ня та­кой ве­селый?

А си­рот­ка го­ворит:

— Сде­лай мне лук, я бу­ду на пти­чек охо­тить­ся!

Дя­дя го­ворит:

— Сей­час сде­лаю. А ты по­ка по­ешь и пос­пи!

Стал дя­дя де­лать лук. Ког­да окон­чил; си­рот­ка го­ворит ему:

— Ос­тру­гай, по­жалуй­ста, стре­лу по­луч­ше!

Дя­дя от­ве­ча­ет:

— Лад­но, ос­тру­гаю по­луч­ше!

Стал дя­дя де­лать стре­лу.

Стру­га­ет ее. Кон­чил стру­гать, по­ложил у зад­ней стен­ки по­лога.

Стре­ла са­ма до се­реди­ны по­лога дош­ла.

Си­рот­ка го­ворит дя­де:

— Еще пос­тру­гай стре­лу!

Сно­ва дя­дя стал стру­гать стре­лу. Пос­тру­гал, у зад­ней стен­ки по­лога по­ложил. Стре­ла са­ма уже до пе­ред­ней стен­ки по­лога дош­ла.

Си­рот­ка про­сит дя­дю:

— Еще пос­тру­гай!

Сно­ва дя­дя пос­тру­гал стре­лу. Пос­тру­гал стре­лу, у зад­ней стен­ки по­ложил. Прош­ла стре­ла сквозь пе­ред­нюю стен­ку по­лога и упа­ла на ули­це. Си­рот­ка го­ворит:

— Вот те­перь до­воль­но стру­гать!

Взял си­рот­ка лук, стал стре­лять на ули­це. Ку­да по­летит стре­ла, ту­да и он идет.

Вот од­нажды го­ворит си­рота тет­ке:

— При­готовь мне еду на до­рогу!

Тет­ка оп­ра­шива­ет:

— Из че­го те­бе еду при­гото­вить?

Си­рот­ка от­ве­ча­ет:

— Ес­ли есть оле­нина, то из оле­нины.

Тет­ка ска­зала:

— Хо­рошо!

Сва­рила еду. В до­рогу при­гото­вила. Си­рот­ка еще тет­ку поп­ро­сил:

— По­ложи мне на до­рогу вмес­те с оле­ниной кус­ки мя­са тун­дро­вых и мор­ских зве­рей!

Соб­ра­ла тет­ка до­рож­ный при­пас. Взва­лил си­рот­ка на спи­ну ме­шок с про­визи­ей и вы­шел. Выс­тре­лил из лу­ка и по­шел, ку­да стре­ла по­лете­ла.

Идет си­рот­ка, ви­дит — яран­га. Во­шел си­рот­ка в яран­гу. Там де­воч­ка иг­ра­ет паль­ца­ми с ве­ревоч­кой, толь­ко ве­ревоч­ка у нее очень пло­хая. Вы­тащил си­рот­ка свою ве­ревоч­ку для иг­ры на паль­цах. Об­ра­дова­лась де­воч­ка. Ста­ли они вмес­те ве­рёвоч­кой на паль­цах иг­рать. А мать де­воч­ки шь­ет, на них и не смот­рит. Го­ворит дочь ма­тери:

— А ну-ка, пос­мотри, как мы ве­ревоч­кой на паль­цах иг­ра­ем!

Мать од­ним гла­зом пос­мотре­ла на иг­ра­ющих, обер­ну­лась и го­ворит си­рот­ке:

— Ты, на­вер­ное, по ка­кому-ни­будь де­лу идешь?

Си­рот­ка от­ве­ча­ет:

— Ищу я же­ну дя­ди, ко­торую кто-то в по­зап­рошлом го­ду увел. Ее-то и ищу.

— A-a!

За­тем на­кор­ми­ла она си­рот­ку. Ког­да по­ели, го­ворит ему:

— Ну лад­но, мо­жет, и най­дешь. Вот уви­дишь, бу­дешь ты с дру­гом!

Вы­шел си­рот­ка из яран­ги, опять из лу­ка выс­тре­лил. И опять за стре­лой по­шел.

На пу­ти ма­лень­кая яран­га по­палась. По­дошел си­рот­ка, в яран­гу во­шел. Очень хо­рошо его встре­тили. Это, ока­зыва­ет­ся, пти­чий на­род был. Спра­шива­ет его птич­ка-ста­ричок, го­ворит:

— Ты, на­вер­ное, ко­го-ни­будь ищешь?

От­ве­ча­ет си­роти­нуш­ка:

— Ищу я же­ну мо­его дя­ди, ко­торую кто-то в по­зап­рошлом го­ду увел. Ее-то и ищу.

Птич­ка-ста­ричок го­ворит ему:

— По­ешь и даль­ше иди! Мой сын то­вари­щем с то­бой пой­дет.

Пош­ли вдво­ем. Вдруг очень тем­но ста­ло. А си­рота с то­вари­щем все даль­ше идут. Си­рот­ка го­ворит то­вари­щу:

— Очень я пить за­хотел!

— И я то­же очень пить хо­чу, — от­ве­ча­ет то­варищ.

Ищут они во­ду, не мо­гут най­ти. Вдруг маль­чик-птич­ка го­ворит ему:

— Что-то я круг­лое на­щупал!

Ста­ли вмес­те щу­пать. Си­рот­ка го­ворит маль­чи­ку-птич­ке:

— Да­вай-ка я про­колю это!

Про­колол. Из ды­роч­ки сок по­шел. По­сосал маль­чик-птич­ка и го­ворит:

— Хо­лод­ное что-то и кис­лое.

Си­роти­нуш­ка го­ворит ему:

— Ну, так да­вай попь­ем!

Ока­зыва­ет­ся, это мо­рош­ка бы­ла. По­пили они сок мо­рош­ки и даль­ше от­пра­вились. Идут, идут они в тем­но­те. На­конец к гра­нице све­та выш­ли. Ви­дят — ды­ра в зем­ле. Гля­нули в эту ды­ру, уви­дели две боль­шу­щие го­ры, ко­торые не­ба ка­са­ют­ся. Го­ры то от­да­ля­ют­ся, то сбли­жа­ют­ся. Каж­дый раз, как ра­зой­дут­ся в сто­роны, мно­го птиц меж­ду ни­ми про­летит.

Го­ворит маль­чик-птич­ка си­роте:

— Ког­да еще раз го­ры ра­зой­дут­ся и пер­вая пти­ца про­летит, ты в путь от­прав­ляй­ся! А как на той сто­роне ока­жешь­ся, ты уви­дишь двух кэ­ле. Ближ­не­му кэ­ле ос­тавь мя­со тун­дро­вых жи­вот­ных, даль­не­му — мя­со мор­ских жи­вот­ных. Прой­дешь ми­мо этих кэ­ле, уви­дишь яран­гу. В ней и жи­вет же­на тво­его дя­ди.

Ска­зал это маль­чик-птич­ка и уле­тел.

И дей­стви­тель­но, сно­ва рас­сту­пились го­ры, пер­вая пти­ца по­каза­лась, от­пра­вил­ся в путь и си­роти­нуш­ка. Как толь­ко ущелье про­шел, сом­кну­лись го­ры. А си­рота даль­ше дви­нул­ся. Ви­дит — кэ­ле. Ми­мо про­ходя, кос­нулся си­рот­ка язы­ка кэ­ле, мя­са тун­дро­вых жи­вот­ных ему по­ложил. За­тем даль­ше от­пра­вил­ся. Вто­рого кэ­ле уви­дел, сно­ва его язы­ка кос­нулся, мя­са мор­ских жи­вот­ных по­ложил на язык. Даль­ше от­пра­вил­ся.

Дол­го шел. На­конец яран­гу уви­дел. По­дошел к две­ри. А за дверью боль­шу­щие мед­ве­ди, бе­лый и бу­рый, при­вяза­ны. По­дошел к ним си­рота, за­рыча­ли мед­ве­ди. Си­рота ошей­ник снял, на­мочил и пог­ро­зил им мед­ве­дям. Лег­ли мед­ве­ди. Он да­же по их но­сам про­шел. Они толь­ко по­рыча­ли на не­го. Го­ворит муж же­не:

— Ну-ка, пос­мотри, что там!

Пош­ла же­на пос­мотреть. От­ве­ча­ет:

— Да это мой стар­ший бра­тиш­ка!

— Ну, за­ходи!

Во­шел. Ста­ли есть. В од­ном уг­лу по­лога кто-то сме­ет­ся. Пос­мотрел си­роти­нуш­ка в ту сто­рону. А там нес­коль­ко кэ­ле едят. У од­них рты на жи­воте, у дру­гих — на спи­не. А у не­кото­рых по­перек ли­ца.

Вот кон­чи­ли есть.

Го­ворит хо­зя­ин си­роте:

— Пос­пи! — И вы­шел из яран­ги.

А под по­лом что-то уха­ет, эхом от­да­ет­ся. Не спит си­рота, ти­хонь­ко так ле­жит.

Же­на дя­ди го­ворит ему:

— Под этим по­логом ды­ра. В ды­ре огонь пы­ла­ет. Там хо­зя­ин бу­дет с то­бой сос­тя­зать­ся.

Вдруг хо­зя­ин во­шел, го­ворит си­рот­ке:

— А-а, ты прос­нулся! Да­вай-ка сна­чала по­едим, а по­том иг­рать бу­дем!

И вот, ког­да по­ели, поп­ро­сил хо­зя­ин се­бе ста­рые до­маш­ние тор­ба­за, а си­рот­ке — но­вые.

Рас­кры­ли пол. Тут все кэ­ле по­дош­ли смот­реть, что бу­дет.

Хо­зя­ин го­ворит си­роти­нуш­ке:

— Мо­жет быть, ты сна­чала прыг­нешь?

А си­роти­нуш­ка от­ве­ча­ет хо­зя­ину:

— Нет, сна­чала ты!

Прыг­нул хо­зя­ин в ды­ру. Спус­тя нем­но­го воз­вра­ща­ет­ся. Ока­залось, толь­ко края по­дош­вы сго­рели.

Си­роти­нуш­ка пе­ред тем как прыг­нуть, по при­меру хо­зя­ина, свои бу­сы по­мочил.

Го­ворит хо­зя­ин си­роти­нуш­ке:

— Те­перь ты пры­гай!

Си­рот­ка от­ве­ча­ет ему:

— Я, на­вер­ное, не смо­гу, но поп­ро­бую.

Прыг­нул си­рот­ка. Очень дол­го в яме был. Вер­нулся — толь­ко чуть-чуть края по­дош­вы об­го­рели.

Го­ворит хо­зя­ин:

— Да-а, не зря ты при­шел. Зав­тра к мо­ей же­не пой­дем!

Си­роти­нуш­ка от­ве­ча­ет:

— Ну что ж! А те­перь да­вай по­едим! Идем в по­лог!

Вош­ли. По­ели. Сно­ва вы­шел хо­зя­ин. Толь­ко тог­да си­рот­ка ус­нул.

Прос­нулся на дру­гой день. По­ели и на бе­рег мо­ря пош­ли. Там, ока­зыва­ет­ся, две лод­ки. На од­ной лод­ке гар­пун. На дру­гой лод­ке копье.

Го­ворит хо­зя­ин си­рот­ке:

— Ты на ка­кой лод­ке бу­дешь: с гар­пу­ном или с копь­ем?

Си­роти­нуш­ка от­ве­ча­ет:

— Ся­ду в ту, где гар­пун.

От­пра­вились по­рознь на лод­ках. В пу­ти мир­но бе­седо­вали. Прип­лы­ли к дру­гому бе­регу. Хо­зя­ин го­ворит си­рот­ке:

— Вон та муж­ская яран­га — мо­ей же­ны дом. Сей­час она в тун­дре, ко­ренья со­бира­ет. Жди ее воз­вра­щения! — Ска­зал это и ушел.

Си­роти­нуш­ка при­вязал лод­ку и по­шел в муж­скую яран­гу. Вдруг слы­шит — ка­кой-то крик. Не ус­пе­ла жен­щи­на-кэ­ле вой­ти, выс­ко­чил си­роти­нуш­ка из яран­ги, по­бежал к лод­ке. При­бежал, сел в лод­ку и сра­зу же от бе­рега от­ча­лил.

Вош­ла жен­щи­на-кэ­ле в яран­гу, схва­тила жен­ский нож и к бе­регу спус­ти­лась.

А на бе­регу очень боль­шие кам­ни ле­жали. Один из них плос­кий, глад­кий. При­бежа­ла жен­щи­на-кэ­ле на бе­рег, са­мый боль­шой ка­мень жен­ским но­жом из­ре­зала. И го­ворит:

— Вот что я хо­тела с то­бой сде­лать!

Си­роти­нуш­ка вер­нулся. От­ве­ча­ет:

— Ara! А я вот что хо­тел с то­бой сде­лать!

По­дошел к плос­ко­му кам­ню. Бро­сил в не­го гар­пун. Рас­ко­лол­ся ка­мень на ку­соч­ки. Од­ним ос­колком жен­щи­ну-кэ­ле и уби­ло. Поп­лыл си­роти­нуш­ка об­ратно. При­ходит к хо­зя­ину, хо­зя­ин спра­шива­ет:

— Ну, что она с то­бой сде­лала?

От­ве­ча­ет си­роти­нуш­ка:

— Ни­чего не сде­лала. А что она мог­ла сде­лать?.

— А ведь дру­гих при­шель­цев уби­вала!

— Раз­ве мо­жет все де­ла­ющая ме­ня убить? — го­ворит си­роти­нуш­ка.

Хо­зя­ин спра­шива­ет:

— А где же она?

— На дне мо­ря ле­жит уби­тая!

Го­ворит хо­зя­ин:

— Ну что ж, ос­та­вай­ся у ме­ня до зав­тра! Ут­ром по­ез­жай до­мой и же­ну дя­ди с со­бой бе­ри!

По­шел к хо­зя­ину. По­ели и спать лег­ли. На­зав­тра соб­ра­лись си­роти­нуш­ка с же­ной дя­ди до­мой. Идут, до вто­рого кэ­ле дош­ли. Го­ворит си­роти­нуш­ке кэ­ле:

— Спа­сибо те­бе! Я бы­ло с го­лоду уми­рал, а ты ме­ня на­кор­мил. Я те­бе то­же ус­лу­гу ока­жу. Там даль­ше мой то­варищ, и он вам по­может.

Даль­ше пош­ли си­роти­нуш­ка с же­ной дя­ди. До дру­гого кэ­ле дош­ли. Го­ворит кэ­ле:

— Спа­сибо те­бе! Я уж бы­ло с го­лоду уми­рал, а ты ме­ня на­кор­мил. Я вам то­же по­могу. Са­дитесь на мой язык. А как го­ры ра­зой­дут­ся, пер­вая пти­ца по­явит­ся, ска­жите мне и сра­зу гла­за зак­рой­те. Тог­да мо­жете от­крыть гла­за, ког­да по­чувс­тву­ете, что ос­та­нови­лись.

Ра­зош­лись го­ры, и, как толь­ко по­каза­лась пер­вая пти­ца, си­роти­нуш­ка ска­зал кэ­ле:

— Вот уже пер­вая пти­ца ле­тит! — И заж­му­рились оба. Вып­лю­нул кэ­ле этих лю­дей.

Чувс­тву­ют они, что не­сет их ку­да-то, а глаз не от­кры­ва­ют. Вдруг ос­та­нови­лись, от­кры­ли гла­за. Тем­но вок­руг. Го­ворит си­роти­нуш­ка же­не дя­ди:

— Ку­да это мы по­пали?

И вот пош­ли они в тем­но­те. Вдруг си­роти­нуш­ка на ме­шок нат­кнул­ся. Сра­зу уз­нал то мес­то, где он с маль­чи­ком-птич­кой сок мо­рош­ки пи­ли. Го­ворит си­роти­нуш­ка:

— Вот так пря­мо нам и на­до ид­ти! На этом мес­те мы с то­вари­щем сок мо­рош­ки пи­ли.

Идут даль­ше в тем­но­те. Вдруг под но­гами стал пе­сок скри­петь. На­сыпа­ла же­на дя­ди этот пе­сок в ме­шок. Даль­ше пош­ли. Вот на­конец к гра­нице све­та выш­ли. Сор­ва­ла же­на дя­ди вет­ку и по­ложи­ла в чу­лок. Опять даль­ше от­пра­вились. Вдру ви­дят — яран­га. Си­роти­нуш­ка го­ворит:

— Это мы к птичь­ему на­роду приш­ли.

Же­на дя­ди спра­шива­ет:

— По­могал те­бе пти­чий на­род?

Си­роти­нуш­ка от­ве­ча­ет:

— Счи­тай, что это они те­бя сю­да при­вели.

Же­на дя­ди го­ворит:

— А-а!

Вош­ли они в дом.

Да­ла же­на дя­ди жен­щи­не-птич­ке мно­го бус из меш­ка, в ко­торый она не­дав­но пе­сок на­сыпа­ла.

За­тем сно­ва от­пра­вились. Дош­ли до яран­ги, где де­воч­ка с ве­ревоч­кой бы­ла. Го­ворит си­роти­нуш­ка же­не дя­ди:

— Ес­ли есть у те­бя что-ни­будь, по­дари жен­щи­не!

Вош­ли в яран­гу. Же­на дя­ди вы­тащи­ла из чул­ка вы­шитый ку­сок ма­терии, да­ла де­воч­ке. За­тем ста­ли есть. По­ели, даль­ше пош­ли. На­конец до­мой приш­ли.

Дя­дя с же­ной и си­роти­нуш­ка до кон­ца жиз­ни хо­рошо жи­ли.