Медвежья гора

Ар­го­нав­ты плы­ли пря­мо на вос­ток и дол­гое вре­мя ни­чего не ви­дели вок­руг, кро­ме мо­ря и не­ба. По­том впе­реди по­казал­ся бе­рег. Меж­ду дву­мя гря­дами не­высо­ких приб­режных хол­мов за­сине­ла уз­кая по­лоса про­лива. Вол­ны с шу­мом тес­ни­лись в про­ливе, и бе­лая пе­на би­лась у бе­регов.

Ар­го­нав­ты приб­ли­жались к то­му мес­ту, где уто­нула Гел­ла, упав с зо­лото­го ба­рана.

– Гел­леспонт! – ска­зал кор­мчий Ти­фис.

Быс­тро­ход­но­му, лёг­ко­му «Ар­го» не страш­ны бы­ли ни во­дово­роты, ни быс­трое те­чение, и ар­го­нав­ты дол­го плы­ли по уз­ко­му, длин­но­му про­ливу, с лю­бопытс­твом раз­гля­дывая близ­кий бе­рег. Ми­новав про­лив, они ре­шили сде­лать ос­та­нов­ку, преж­де чем плыть че­рез Про­пон­ти­ду – вто­рое мо­ре, ко­торое ле­жало на их пу­ти. Они приб­ли­зились к бе­регу.
Пе­ред ни­ми бы­ла низ­кая зе­лёная рав­ни­на, пок­ры­тая соч­ной тра­вой. Мо­ре глу­боко вда­валось в эту рав­ни­ну и об­ра­зова­ло ти­хий за­лив. Уз­кая до­рож­ка, слов­но зем­ля­ной мос­тик, шла вверх, на вы­сокую тём­ную кру­тую го­ру, по­хожую на боль­шо­го взъ­еро­шен­но­го мед­ве­дя.
Ти­хо и мир­но бы­ло всё на бе­регу. Ста­до жир­ных овец бро­дило по пас­тби­щу; у са­мого мо­ря су­шились на сол­нце ры­бачьи се­ти.

Ар­го­нав­ты нап­ра­вили свой ко­рабль в за­лив, наш­ли удоб­ное мес­то и при­чали­ли. Лю­ди, жив­шие на бе­регу, встре­тили их при­вет­ли­во. Это бы­ли до­ли­оны, прос­то­душ­ное и мир­ное пле­мя.

До­ли­оны рас­ска­зали ар­го­нав­там, что ве­дут свой род от бо­га мо­рей По­сей­до­на, что По­сей­дон – их пок­ро­витель и за­щит­ник от всех вра­гов. Они по­каза­ли на вы­сокую го­ру, на­висав­шую над за­ливом, и ска­зали, что это Мед­вежья го­ра. На ней жи­вут шес­ти­рукие ве­лика­ны; они мо­гучи и сви­репы, но бо­ят­ся По­сей­до­на и по­тому не тро­га­ют до­ли­онов.
Ско­ро явил­ся на бе­рег и царь до­ли­онов. Он был очень мо­лод, поч­ти маль­чик, бе­зусый и неж­ный. Его зва­ли Ки­зик, как и зем­лю, на ко­торой он царс­тво­вал. Ки­зик поч­ти­тель­но при­ветс­тво­вал ге­ро­ев и приг­ла­сил их на пир. Пир был очень прост – за­жари­ли са­мых жир­ных ба­ранов из цар­ско­го ста­да и при­нес­ли пло­дов и ви­на. Юный царь был ве­сел, по­вёл гос­тей на Мед­вежью го­ру – пос­мотреть на мо­ре, рас­ска­зал им, как луч­ше плыть, по­казал им свои лу­га и са­ды и по­дарил де­сяток луч­ших овец на до­рогу.

Пе­рено­чевав у гос­тепри­им­ных до­ли­онов, ар­го­нав­ты на сле­ду­ющее ут­ро соб­ра­лись в путь, прос­ти­лись с Ки­зиком и взош­ли на ко­рабль.

Вдруг ог­ромные кам­ни слов­но сор­ва­лись с Мед­вежь­ей го­ры, по­лете­ли в во­ду око­ло «Ар­го»; пос­лы­шал­ся ди­кий рёв, и пу­тешес­твен­ни­ки уви­дели ве­лика­нов. Они бы­ли вы­шиной с мо­лодую сос­ну, и у каж­до­го, как сучья у де­рева, тор­ча­ли шесть длин­ных рук: две, как у лю­дей, – от плеч, две у по­яса и ещё две по бо­кам. Ве­лика­ны с шу­мом вы­вора­чива­ли кам­ни из го­ры, от­ры­вали це­лые ска­лы и бро­сали в за­лив, чтоб за­горо­дить вы­ход ко­раб­лю в от­кры­тое мо­ре. Ка­мен­ные глы­бы об­ру­шива­лись в во­ду, гро­зя раз­да­вить «Ар­го». До­ли­оны в стра­хе раз­бе­жались, поп­ря­тались, и са­ми ар­го­нав­ты сму­тились. Тог­да Ге­ракл схва­тил свой лук и, став на но­су, на­чал по­ражать ве­лика­нов стре­лами. Один за дру­гим, как под­рублен­ные под ко­рень де­ревья, па­дали ве­лика­ны с го­ры в мо­ре. Прик­рывшись щи­тами от кам­ней и ос­колков, ар­го­нав­ты сош­ли на зем­лю и всту­пили в бой с шес­ти­руки­ми. Ве­лика­ны бы­ли пе­реби­ты, и, ос­та­вив их по­живой для рыб и птиц, ар­го­нав­ты от­плы­ли от Ки­зика.
Весь день «Ар­го» быс­тро плыл, уда­ля­ясь от Мед­вежь­ей го­ры. Ког­да нас­ту­пил ве­чер и ко­рабль был уже да­леко от бе­рега, в от­кры­том мо­ре вдруг под­нялся силь­ный ве­тер. Об­ра­довав­шись вет­ру, ар­го­нав­ты пос­та­вили па­руса и лег­ли спать, не за­метив, что ве­тер был об­ратный. Ночью бу­ря приг­на­ла их на­зад к Ки­зику, но в тем­но­те они не уз­на­ли мес­та и по­дума­ли, что это ка­кая-то но­вая стра­на на их пу­ти. Они прис­та­ли к бе­регу и сош­ли на зем­лю, гроз­но бря­цая ору­жи­ем.

До­ли­оны в ноч­ной ть­ме то­же не уз­на­ли ар­го­нав­тов. Ус­лы­шав плеск вё­сел и звон ме­чей, они по­дума­ли, что это мор­ские раз­бой­ни­ки, вос­поль­зо­вав­шись бур­ной, тём­ной ночью, на­пали на Ки­зик. Ме­чами и копь­ями встре­тили те­перь до­ли­оны сво­их вче­раш­них гос­тей. До рас­све­та шёл на бе­регу жес­то­кий бой. Ар­го­нав­ты бы­ли опыт­нее в бою и силь­нее, и мно­жес­тво до­ли­онов бы­ло уби­то. Сам юный царь был нас­мерть по­ражён мет­ким копь­ём Язо­на.
Ког­да же рас­све­ло и ста­ло яс­но вид­но всё вок­руг, про­тив­ни­ки с ужа­сом уви­дели, что в тем­но­те но­чи они сра­жались с друзь­ями.

Три дня и три но­чи оп­ла­кива­ли ар­го­нав­ты и до­ли­оны свою ужас­ную ошиб­ку и ги­бель юно­ши ца­ря. Его по­хоро­нили на бе­регу мо­ря и на мо­гиле на­сыпа­ли вы­сокий холм. И дол­го сто­ял этот вы­сокий холм, и мо­ряки с ко­раб­лей, вхо­дящих в га­вань, сра­зу уз­на­вали то мес­то.