О девушке, которая стала женой Грома

Это слу­чилось в дав­ние вре­мена. Бы­ла у вож­дя пле­мени да­кота кра­сави­ца дочь, и зва­ли ее Длин­ная Ко­са. Как-то пош­ла она со сво­ими под­ру­гами в лес со­бирать ма­лину. Заш­ли де­вуш­ки в за­рос­ли, при­нялись рвать аро­мат­ные яго­ды. Заш­ли да­леко, вот и не за­мети­ли, как не­бо за­волок­ло гро­зовы­ми ту­чами. Вдруг свер­кну­ла мол­ния и заг­ре­мел гром, пред­ве­щая близ­кую гро­зу.

— Бе­жим ско­рее, — ис­пу­галась од­на из де­вушек, та, ко­торую зва­ли Строй­ная Бе­рез­ка. — Бе­жим! А то до­гонит нас Гром и убь­ет сво­ими ос­тры­ми стре­лами.

— И за­чем мы заб­ра­лись так да­леко? — вздох­ну­ла Длин­ная Ко­са. — Те­перь мы не ус­пе­ем до­бежать до сво­его ти­пи. Да­вай­те луч­ше поп­ро­сим у Гро­ма по­щады, уми­лос­ти­вим гроз­но­го гос­по­дина

— А как? — вос­клик­ну­ла де­вуш­ка по име­ни Пти­ца Пре­рии и го­рес­тно раз­ве­ла ру­ками. — У нас же ни­чего нет! Раз­ве что ту­ес­ки с ма­линой да мои вы­шитые мо­каси­ны.

Улыб­ну­лась тог­да Длин­ная Ко­са и ска­зала:

— Ес­ли Гром сми­лу­ет­ся над на­ми, я охот­но вый­ду за не­го за­муж.

Толь­ко вы­мол­ви­ла она пос­леднее сло­во, как ве­тер по­дул в дру­гую сто­рону, и Гром, оку­тан­ный боль­шой чер­ной ту­чей, по­летел на юг, что­бы ме­тать там свои ог­ненные копья на ска­лис­тые без­людные вер­ши­ны.

Прош­ло три дня. И сно­ва от­пра­вились три под­ру­ги в лес за хво­рос­том. Наб­ра­ли они хво­рос­ту, свя­зали его ре­меш­ка­ми и пош­ли до­мой. Вот и их се­ление. И вдруг у Длин­ной Ко­сы ре­мешок ра­зор­вался.

— Иди­те, иди­те, — ска­зала она де­вуш­кам. — Я свя­жу ре­мень и до­гоню вас.

Под­ру­ги уш­ли, а Длин­ная Ко­са ста­ла со­бирать рас­сы­пав­ший­ся по тра­ве хво­рост. Соб­ра­ла она хво­рост, под­ня­ла го­лову и ви­дит — сто­ит ря­дом с ней прек­расный юно­ша с во­лоса­ми цве­та зо­лота. Под­нял он обе ру­ки в знак при­ветс­твия, а по­том ска­зал:

— Бы­ваю я на се­вере и на юге, на за­паде и вос­то­ке. Зна­ют ме­ня все на­роды: и те, кто жи­вет в пре­ри­ях, и те, кто в го­рах. Зна­ют ме­ня и в дре­мучих ле­сах, и на по­бережье ве­ликих со­леных вод. Мно­гих де­вушек са­мых раз­ных пле­мен ви­дели мои гла­за, но ник­то из них не срав­нится с то­бой. Как я рад, что ты ста­нешь мо­ею же­ной!

Уди­вилась Длин­ная Ко­са и от­ве­тила гор­до:

— Ты слиш­ком са­мо­уве­рен, нез­на­комец. По­чему ты ре­шил, что я от­дам ру­ку пер­во­му встреч­но­му?

— А раз­ве не ты, дочь на­рода да­кота, обе­щала вый­ти за ме­ня за­муж, ес­ли я по­щажу те­бя? — улыб­нулся юно­ша. И Длин­ная Ко­са все по­няла.

— Зна­чит, ты и есть Че­ловек-Гром? — вос­клик­ну­ла она.

— Да, я, — от­ве­тил зо­лото­воло­сый. — Я при­шел за то­бой и хо­чу ско­рее по­казать те­бя мо­ему от­цу и мо­ей ма­тери.

С эти­ми сло­вами он неж­но об­нял не­вес­ту, и они лег­ко взле­тели в си­нее не­бо.

А в се­лении уже под­ня­лась тре­вога. Луч­шие сле­допы­ты от­пра­вились на по­ис­ки до­чери вож­дя. Они ис­ка­ли Длин­ную Ко­су до са­мого за­хода сол­нца, но так и не наш­ли. И тог­да вождь поз­вал Бе­лого Боб­ра, мо­лодо­го кол­ду­на пле­мени да­кота. Бе­лый Бобр по­шел на то мес­то, где ле­жала вя­зан­ка, и спро­сил бе­лок, не ви­дели ли они здесь прек­расной де­вуш­ки. И бел­ки все ему рас­ска­зали. А Бе­лый Бобр вер­нулся к вож­дю и ска­зал:

— Твою дочь унес Че­ловек-Гром. Мно­гое под­властно мне, но с гро­мом да­же я тя­гать­ся не в си­лах. И все же я поп­ро­бую, о ве­ликий вождь! Но ес­ли я вер­ну те­бе твою дочь, обе­щай, что от­дашь мне ее в же­ны. Я люб­лю Длин­ную Ко­су и дав­но меч­таю ви­деть ее у оча­га мо­его ти­пи.

А Длин­ная Ко­са жи­ла в до­ме Че­лове­ка-Гро­ма. Все лю­били ее и ба­лова­ли, все уха­жива­ли за ней и ис­полня­ли лю­бое ее же­лание. Она ела соч­ное мя­со би­зона и неж­ное мя­со ан­ти­лопы, жаж­ду ее уто­ляли фрук­ты, ве­сен­ние, лет­ние и осен­ние, и да­же слад­кий сок кле­на был у нее в из­бытке.

Но са­мое глав­ное — ее лю­бил Че­ловек-Гром. Он лас­кал ее и жа­лел и при­носил ей из сво­их пу­тешес­твий при­гор­шни чу­дес­ных раз­ноцвет­ных кам­ней. Це­лыми дня­ми Длин­ная Ко­са лю­бова­лась блес­тя­щими ка­меш­ка­ми, она иг­ра­ла ими и де­лала оже­релья та­кие кра­сивые, что лю­бая жен­щи­на из пле­мени чер­но­ногих умер­ла бы от за­вис­ти.

Так, в по­кое и ра­дос­ти, прош­ло нес­коль­ко лун. Но приш­ло вре­мя, ког­да Длин­ной Ко­се на­до­ело без­делье, и вмес­те с дру­гими жен­щи­нами она от­пра­вилась со­бирать ко­ренья. Мать Гро­ма да­ла ей ка­мен­ную ло­пат­ку и ска­зала:

— Ко­пай ос­то­рож­но, доч­ка. И не тро­гай Мать-Ко­рень: он да­ет жизнь всем съ­едоб­ным ко­рень­ям. Ты его лег­ко уз­на­ешь — он са­мый тол­стый и са­мый бе­лый из всех кор­ней.

И вот жен­щи­ны на­копа­ли кор­ней и ста­ли со­бирать­ся до­мой.

— По­кажи­те мне Мать-Ко­рень, — поп­ро­сила же­на Гро­ма, и жен­щи­ны под­ве­ли ее к ог­ромно­му кор­ню.

— Вот он, смот­ри, — ска­зали они, и Длин­ная Ко­са так и за­мер­ла от вос­торга и изум­ле­ния: не­уже­ли и под зем­лей он та­кой же мо­гучий?

Всю ночь не спа­ла же­на Гро­ма, а на­ут­ро взя­ла ка­мен­ную ло­пат­ку и выш­ла из до­му. Она приш­ла к кор­ню и ста­ла его ока­пывать. Она уз­на­ет, ка­ков он, уз­на­ет! Над ее го­ловой гнев­но шу­мели де­ревья, они скло­няли свои тя­желые кро­ны, ста­ра­ясь отор­вать жен­щи­ну от не­дос­той­но­го де­ла, но Длин­ная Ко­са это­го не за­меча­ла. Она ко­пала и ко­пала и на­конец вы­рыла ог­ромную яму. Заг­ля­нула Длин­ная Ко­са в яму и уви­дела ту­чи, а сквозь ту­чи Зем­лю. Вот она, Зем­ля, а вот и род­ное се­ление.

И как толь­ко уви­дела же­на Гро­ма свое се­ление, про­пала с ее ли­ца улыб­ка, и из глаз по­лились сле­зы. Грус­тной вер­ну­лась она до­мой, грус­тно встре­тила му­жа и, да­же не взгля­нув на по­дар­ки, мол­ча уш­ла к се­бе. Встре­вожил­ся Гром, по­шел за же­ной.

— Что с то­бой, лю­бимая? Что дол­жен я сде­лать, что­бы ты сно­ва бы­ла счас­тли­ва?

— Поз­воль мне по­видать от­ца, — поп­ро­сила му­жа Длин­ная Ко­са. Поз­воль по­быть до­ма хоть ме­сяц.

И Че­ловек-Гром сог­ла­сил­ся.

На дру­гой день при­казал он слу­жан­кам сплес­ти из бе­резо­вой ко­ры боль­шой ко­роб, а па­уку свить длин­ную ве­рев­ку. Приш­ли они по­том с Длин­ной Ко­сой к яме, той са­мой, ко­торую вы­копа­ла она вок­руг Ма­тери-Кор­ня. Се­ла дочь вож­дя в ко­роб, и опус­тил ее Гром на Зем­лю, пря­мо к ти­пи ее от­ца.

Ра­дос­ти от­ца не пе­редать сло­вами! Но еще боль­ше об­ра­довал­ся Бе­лый Бобр, кол­дун пле­мени. Об­ра­довал­ся и тут же на­пом­нил вож­дю про его обе­щание.

— Но ведь она же­на дру­гого, — от­ве­чал вождь. — Что я ска­жу Гро­му, ког­да он при­дет за ней?

— Не бой­ся, — ус­по­ко­ил вож­дя Бе­лый Бобр. — Знаю я древ­ние зак­ли­нания, они по­могут нам дер­жать Гром по­даль­ше. Я и те­бя на­учу им, ве­ликий вождь, и о те­бе бу­дут дол­го пом­нить лю­ди на­шего пле­мени.

Вождь ко­лебал­ся, но уго­ворить се­бя не да­вал, хо­тя лю­бил кол­ду­на и дол­гие бе­седы с ним у кос­тра.

Но вот нас­тал наз­на­чен­ный час, и Гром по­летел за сво­ею же­ной. Еще из­да­ли ус­лы­шал Бе­лый Бобр его приб­ли­жение. Он на­дел свое об­ря­довое платье, взял длин­ную чер­ную труб­ку, ук­ра­шен­ную че­тырь­мя во­ронь­ими перь­ями, и вы­шел из ти­пи. По­том стал ли­цом к се­веру, за­тянул­ся ды­мом аро­мат­ных трав и вы­дох­нул дым на се­вер. И сра­зу же по­дул хо­лод­ный ве­тер и за­пах­ло мо­розом.

Все зна­ют, что гро­ма зи­мой не бы­ва­ет. Гром гре­мит, толь­ко ког­да на зем­ле теп­ло. Вот и тут: хо­лод­ный ве­тер до­летел до Че­лове­ка-Гро­ма, и он по­вер­нул на­зад — ре­шил, что пе­репу­тал вре­мена го­да.

С тех пор Гром не приб­ли­жа­ет­ся к се­лению, где жи­вет Длин­ная Ко­са. А Чер­ную Труб­ку, ук­ра­шен­ную че­тырь­мя во­ронь­ими перь­ями, Бе­лый Бобр по­дарил вож­дю, вождь, ког­да сос­та­рил­ся, — сво­ему сы­ну, его сын — сво­ему, и так она пе­рехо­дит из по­коле­ния в по­коле­ние. На­род Да­кота очень ее по­чита­ет и на­зыва­ет «Труб­кой Гро­ма».