Кольцо-змея

Са­мой злой зме­ей в те да­лекие вре­мена бы­ла Коль­цо-змея. И са­мой опас­ной. Ча­ще все­го она ви­лась у ла­геря ле­сору­бов, по­тому что ни­чего так не лю­била к обе­ду, как ле­сору­ба. Ну, в край­нем слу­чае, к зав­тра­ку. При­ходи­лось ле­сору­бам од­ним гла­зом пог­ля­дывать на свой то­пор или пи­лу, а дру­гим се­бе под но­ги, что­бы не про­пус­тить Коль­цо-змею, ко­торая, рас­плас­тавшись на жи­воте, име­ла дур­ную при­выч­ку под­ползать не­замет­но. Все­го в нес­коль­ких фу­тах от жер­твы змея за­совы­вала в рот свой ос­трый хвост, сво­рачи­валась коль­цом и ка­тилась, точ­но зе­леный об­руч, пря­мо на ле­сору­ба. Она ка­тилась так быс­тро, что да­же сто­ного­му кой­оту бы­ло за ней не уг­нать­ся. Спас­тись от нее мож­но бы­ло толь­ко од­ним пу­тем — прыг­нуть че­рез ее коль­цо. Собс­твен­но, вы об этом уже слы­шали. Ес­ли пры­жок бы­вал удач­ный, змею это ста­вило в ту­пик, но ос­та­новить­ся она уже не мог­ла и про­дол­жа­ла ка­тить­ся. И ка­тилась и ка­тилась, по­ка не за­каты­валась ту­да, от­ку­да на­зад не зна­ла до­роги.

Од­нажды у По­ля Бань­яна про­изош­ла встре­ча с та­кой зме­ей. Он уви­дел, как на не­го ка­тит­ся Коль­цо-змея быс­трей, чем ко­лесо фур­го­на, пу­щен­ное с хол­ма. В ру­ках у По­ля са­мо со­бой был то­пор. Он хо­тел бы­ло прос­ко­чить че­рез ее коль­цо, да оно ока­залось для не­го тес­но­вато. Вы же зна­ете, ка­кой бо­гатырь был Поль Бань­ян. Змея выр­ва­ла из пас­ти свой хвост — имен­но в хвос­те она хра­нила весь яд — и цап­ну­ла. К счастью, в По­ля она не по­пала, а ужа­лила его то­пори­ще и тут же упол­зла кус­ты.

Поль как ни в чем не бы­вало про­дол­жал ра­ботать. Он раз­махнул­ся то­пором, что­бы уда­рить по де­реву, как вдруг по­чувс­тво­вал, что то­пор стал как буд­то тя­желей, чем был. Ба, да, ока­зыва­ет­ся, то­пори­ще вон как раз­ду­ло! Не ина­че как от зме­ино­го яда. Эта не­год­ни­ца вы­пус­ти­ла в то­пори­ще весь за­пас сво­его яда. И оно про­дол­жа­ло рас­пу­хать пря­мо на гла­зах, и рос­ло, и рос­ло, по­ка не срав­ня­лось с са­мой вы­сокой сос­ной в ле­су. Нет, ку­да там, на­вер­ное, раз в де­сять боль­ше. Что ж, Поль сок­ру­шать­ся не стал, рас­пи­лил то­пори­ще на брев­на и пос­тро­ил прек­расную но­вую кух­ню.

Дня два Поль был очень до­волен. Он поз­вал сто сво­их по­мощ­ни­ков, что­бы они вык­ра­сили но­вую кух­ню. Что они и сде­лали. Но не ус­пе­ли кон­чить, как один из них, по проз­ви­щу Пыш­ка Ху­дыш­ка, при­бежал к По­лю с кри­ком:

— Она та­ет! Она та­ет!

Что за на­важ­де­ние! Поль тут же по­шел пос­мотреть. И в са­мом де­ле, кух­ня та­яла на гла­зах, слов­но снеж­ный суг­роб на ве­сен­нем сол­нышке. Но Поль быс­тро смек­нул, в чем де­ло. От уку­са змеи час­то поль­зу­ют­ся ски­пида­ром, го­ворят, он вы­тяги­ва­ет яд. А тут ски­пидар ока­зал­ся в крас­ке и, ко­неч­но, по­дей­ство­вал на яд, от ко­торо­го де­рево так рас­пухло.

— Эй, все, кто в до­ме, вы­бегай­те жи­во! Спа­сай­тесь! — зак­ри­чал Поль.

В кух­не в это вре­мя ос­та­валось все­го че­ловек двад­цать и од­на со­бака, но дом съ­ежи­вал­ся так быс­тро, что они ед­ва ус­пе­ли выс­ко­чить из не­го. Ког­да он сно­ва стал ве­личи­ной с то­пори­ще, там уже бы­ло пус­то, не счи­тая трех во­лос­ков с кон­чи­ка со­бачь­его хвос­та, и то по­тому, что они зас­тря­ли в тре­щине. Так они там и ос­та­вались, по­ка то­пор не сос­та­рил­ся и не кон­чил свое су­щес­тво­вание, так ска­зать, ес­тес­твен­ной смертью. Во вся­ком слу­чае, так ут­вер­жда­ют лю­ди, ко­торые ви­дели этот то­пор собс­твен­ны­ми гла­зами, а зна­чит, всё это прав­да.

Это еще и по­тому прав­да, что встре­чались в тех мес­тах змеи, быть мо­жет, дво­юрод­ные Коль­ца-змеи, у ко­торых яд был то­го же свой­ства. Вот, нап­ри­мер, в юж­ных Ап­па­лачах у од­но­го фер­ме­ра змея уку­сила мо­тыгу. И мо­тыга так рас­пухла, так раз­да­лась, что приш­лось фер­ме­ру рас­пи­лить ее на дос­ки и пос­тро­ить ку­рят­ник. Но он со­вер­шил ту же ошиб­ку, что и Поль Бань­ян. Он пок­ра­сил ку­рят­ник, и тот съ­ежил­ся до обув­ной ко­роб­ки. Счастье еще, что единс­твен­ный цып­ле­нок, ко­торо­го он ус­пел по­мес­тить ту­да, был иг­ру­шеч­ный.