Как слуга духов перехитрил

Жил-был в ста­рину маль­чик. Уж так он сказ­ки лю­бил! Ни есть, ни пить ему не да­вай — сказ­ки по­давай. Слу­ша­ет он их, слу­ша­ет, в го­лове дер­жит, а дру­гим не рас­ска­зыва­ет. Один он у от­ца с ма­терью, единс­твен­ный. Бо­гатые они, вот и ста­ра­ют­ся по­тешить сы­на. Кто зна­ет но­вую сказ­ку, то­го в дом зо­вут, что­бы сы­ну рас­ска­зывал. Но вот умер­ли отец с ма­терью, оси­ротел маль­чик, и те­перь сказ­ки ему рас­ска­зывал вер­ный слу­га.

Ви­сел в уг­лу ком­на­ты на гвоз­де ста­рый ме­шок, шнур­ком за­вязан­ный креп­ко-нак­репко. Сколь­ко лет ви­сел, и не упом­нить. Все про не­го за­были. Рас­ска­жут маль­чи­ку сказ­ку, а дух из нее пря­мо в ме­шок ле­тит. Соб­ра­лось их в том меш­ке ви­димо-не­види­мо. А выр­вать­ся не мо­гут — не рас­ска­зыва­ет маль­чик ни­кому сказ­ки, в го­лове дер­жит. Си­дят ду­хи в меш­ке, ни вздох­нуть им, ни ше­вель­нуть­ся.

Вот уже и пят­надцать лет срав­ня­лось маль­чи­ку. Наш­ли ему не­вес­ту, то­же бо­гатую. В день пе­ред свадь­бой по­шел он с друзь­ями про­гулять­ся, а слу­га как раз в это вре­мя стал печь рас­тапли­вать, что­бы зяб­ко не бы­ло мо­лодо­му хо­зя­ину. Рас­тапли­ва­ет он печь и вдруг слы­шит — шеп­чет кто-то. Прис­лу­шал­ся слу­га:

— Он зав­тра же­нит­ся, вер­но?

Дру­гой от­ве­ча­ет:

— Да, вер­но. Не выб­рать­ся нам те­перь из это­го меш­ка до са­мой смер­ти.

Го­ворит тре­тий:

— Не выб­рать­ся. По­ра бы от­пла­тить ему за все.

От­ве­ча­ет чет­вертый:

— По­ра. Но как это сде­лать?

Бы­ла в за­тяну­том бу­магой ок­не ще­лоч­ка. Заг­ля­нул в нее слу­га, ви­дит — в ком­на­те нет ни­кого. А го­лоса до­носят­ся из ста­рого меш­ка, что в уг­лу ви­сит на гвоз­де. Ме­шок то раз­ду­ва­ет­ся, то сжи­ма­ет­ся, буд­то кто жи­вой в нем. Слу­ша­ет слу­га, что даль­ше бу­дет.

— По­едем за ним в дом не­вес­ты, — го­ворит один. — До­рога даль­няя. Он по­пить за­хочет. Я ко­лод­цем обер­нусь с чис­той во­дицей, с круж­кой из тык­вы. Попь­ет он во­дицы и тот­час ум­рет.

— Де­ло го­воришь, — от­ве­ча­ет вто­рой. — А не ста­нет пить, я зем­ля­нич­ной по­ляной обер­нусь. Подъ­едет он на ко­не к по­ляне, зем­ля­нич­ки от­ве­да­ет — и упа­дет без­ды­хан­ный.

— А не попь­ет он во­дицы, не от­ве­да­ет зем­ля­ники, — го­ворит тре­тий, — я рас­ка­лен­ной ко­чер­гой обер­нусь, в мат­рац, со­ломой на­битый, за­лезу. Сой­дет он с ко­ня, сту­пит на тот мат­рац и сго­рит.

Го­ворит чет­вертый:

— Не попь­ет он во­дицы, не от­ве­да­ет зем­ля­ники, не сту­пит на мат­рац — я зме­ей обер­нусь, под ков­ри­ком в брач­ных по­ко­ях спря­чусь. А по­том ужа­лю его.

Ус­лы­шал это слу­га, ис­пу­гал­ся. Не по­щадят ду­хи мо­лодо­го хо­зя­ина, по­губят. Толь­ко не стал он тро­гать ме­шок и хо­зя­ину ни­чего не ска­зал. Свадь­бы стал до­жидать­ся.

Вот и ут­ро нас­та­ло, по­ра за не­вес­той ехать. Од­ну ло­шадь для же­ниха зап­рягли, дру­гую — для его дя­ди. Два ко­нюха сто­ят на­гото­ве. По­дошел тог­да слу­га к дя­де, про­сит, что­бы тот раз­ре­шил ему ло­шадь хо­зя­ина по­вес­ти. Спас­ти его хо­чет. Не сог­ла­ша­ет­ся дя­дя. Ве­лит слу­ге за до­мом прис­матри­вать. А слу­га на сво­ем сто­ит, не от­сту­па­ет­ся. Сог­ла­сил­ся на­конец дя­дя, раз­ре­шил слу­ге ехать.

Тро­нулись они в путь. Же­них впе­реди, дя­дя — по­зади. Ве­дет слу­га ло­шадь мо­лодо­го хо­зя­ина, не идет — бе­жит. Дя­де ни­как за ним не пос­петь. Рас­сердил­ся дя­дя, ве­лит слу­ге шаг за­мед­лить, а тот ни в ка­кую.

Едут они, едут. Вдруг же­них го­ворит слу­ге:

— Ви­дишь на обо­чине до­роги ко­лодец? Во­да в нем чис­тая-пре­чис­тая. И круж­ка на по­вер­хнос­ти пла­ва­ет. При­неси мне во­дицы на­пить­ся.

А слу­га знай ло­шадь под­го­ня­ет и от­ве­ча­ет:

— На­до то­ропить­ся, а то не пос­пе­ем.

Едут они, едут, вдруг же­них го­ворит:

— Ви­дишь по­ляну? На ней спе­лая зем­ля­ника рас­тет. Пой­ди сор­ви и мне при­неси, жаж­ду уто­лить.

Не идет слу­га, от­ве­ча­ет:

— Как бы вре­да от этой яго­ды не бы­ло. Мо­лодость свою по­щади­те. В до­ме не­вес­ты вас не та­кой еще угос­тят. По­тер­пи­те!

Еще пу­ще рас­сердил­ся дя­дя, стал ру­гать слу­гу, по­носить:

— Ма­ло то­го что во­ды не при­нес хо­зя­ину, так еще и яго­ду рвать не же­ла­ешь! По­годи, на­кажем те­бя пос­ле свадь­бы!

Едут они, едут.

К по­луд­ню в дом не­вес­ты при­еха­ли. Двор и сад за­наве­шены, что­бы пти­це ту­да не за­лететь, на стол не упасть — дур­ной это знак. Пе­ред во­рота­ми ле­жит мат­рац со­ломен­ный. Толь­ко хо­тел же­них на не­го сту­пить, а слу­га возь­ми да и ударь хо­зя­ина по но­гам — тот и сва­лил­ся на зем­лю. Еще силь­нее раз­гне­вал­ся дя­дя, а сде­лать ни­чего не мо­жет.

Се­ли гос­ти за стол. На сто­ле де­ревян­ные пе­тух и ку­рица в вы­шитую ма­терию обер­ну­ты, лап­ки к бо­калам с ви­ном при­вяза­ны зе­леным и ма­лино­вым шнур­ком. Ря­дом де­ревян­ная ут­ка — пос­редник. Стал же­них с вос­точной сто­роны, ли­цом к пе­туху и ку­рице, не­вес­ту ждет. Не­вес­та с за­пад­ной сто­роны по­яви­лась, две под­ружки ее при­вели. Пок­ло­нились мо­лодые друг дру­гу, бо­кала­ми об­ме­нялись.

Про­вели же­ниха в глав­ный зал, а не­вес­ту — в ее по­кои. В за­ле сто­лы бо­гато нак­ры­тые сто­ят. Пи­ру­ют гос­ти, ве­селят­ся, а слу­ге не до ве­селья. Ду­ма­ет он, как хо­зя­ина сво­его от смер­ти спас­ти.

Толь­ко мо­лодые у­еди­нились в брач­ных по­ко­ях, слы­шат — сту­чит­ся кто-то в дверь. А это слу­га, при­том с ме­чом. Ди­вят­ся мо­лодые. А слу­га во­шел, ков­рик под­нял, смот­рит — змея. Убил ее слу­га, во двор выб­ро­сил.

Под­ня­лась в до­ме су­мато­ха. Сбе­жались все пог­ля­деть, что слу­чилось. Тут и рас­ска­зал слу­га дя­де, по­чему во­ды не при­нес хо­зя­ину, по­чему не нар­вал зем­ля­ники. По­том мат­рац со­ломен­ный при­тащил, рас­ка­лен­ную ко­чер­гу из не­го вы­тащил. По­нял тут дя­дя, что слу­га жизнь хо­зя­ину спас, не стал его на­казы­вать, а наг­ра­дил за пре­дан­ность.

Мо­лодой хо­зя­ин с тех пор не ута­ивал сказ­ки: как ус­лы­шит, так и рас­ска­жет. А ме­шок он со сте­ны снял, раз­вя­зал, а по­том сжег.