Каждый благодарит по своему

Од­нажды вы­шел че­ловек из до­му в путь по сво­им де­лам. Дол­го ли, ко­рот­ко ли шел, мы не зна­ем. Бы­ло ран­нее ут­ро, хо­лод­но. Ви­дит ― на до­роге змея, свер­ну­лась от хо­лода и не ше­велит­ся. Пал­кой ткнул он змею, та не ше­лох­ну­лась.

По­думал пут­ник: «На­до бы спас­ти это нес­час­тное су­щес­тво».

Взял он за­мер­зшую змею и по­ложил за па­зуху.

Спус­тя не­кото­рое вре­мя змея отог­ре­лась. Мед­ленно она на­чала об­ви­вать­ся вок­руг шеи сво­его спа­сите­ля. Че­ловек ис­пу­гал­ся, спро­сил ее:

— Что ты де­ла­ешь?

— Не ви­дишь, со­бира­юсь ужа­лить те­бя.

— Вай, ведь ты на до­роге чуть не за­мер­зла. Ес­ли б не я, ты бы по­гиб­ла. Так ты бла­года­ришь ме­ня за доб­ро?

— Вы, лю­ди, са­ми неб­ла­годар­ны, ― от­ве­ча­ет змея, ― я те­бе не ве­рю и все рав­но за­душу.

Че­ловек взмо­лил­ся:

— Хо­рошо, уби­вай ме­ня. Но раз­ве мож­но это де­лать без су­да? Пусть хоть кто-ни­будь нас рас­су­дит, и, ког­да вы­несут мне при­говор, тог­да убь­ешь. Спро­сим у пер­вых трех встреч­ных.

— Хо­рошо, пой­дем спро­сим пер­во­го встреч­но­го, пос­лу­ша­ем, что ска­жет.

Дол­го ли, ко­рот­ко ли шли они, встре­тили ста­рую со­баку, в ко­торой жизнь еле теп­ли­лась.

— Пос­лу­шай, ― об­ра­тил­ся че­ловек к со­баке, ― рас­су­ди-ка нас. Бог эта змея, что об­ви­лась вок­руг мо­ей шеи, хо­чет убить ме­ня. Она ле­жала на зем­ле за­мер­зшая, я отог­рел ее у се­бя на гру­ди, а те­перь она хо­чет ме­ня за­душить.

Со­бака от­ве­чала:

— Она дол­жна убить те­бя. Вы, лю­ди, неб­ла­годар­ны. Ког­да я бы­ла мо­лода, хо­зя­ин бе­рег ме­ня, ведь я сте­рег­ла его дом. Те­перь я ста­ра, не­мощ­на, и он выг­нал ме­ня из до­му.

Ска­зала так и уш­ла.

По­шел че­ловек со зме­ей даль­ше. Змея еще креп­че об­ви­лась вок­руг шеи нес­час­тно­го. Шли они, шли, встре­тили ко­ня. Еле-еле плел­ся конь, ткни в не­го паль­цем ― упа­дет. Вся спи­на у не­го в ра­нах. По­дошел че­ловек к ко­ню:

— Пос­лу­шай, что я те­бе рас­ска­жу, и рас­су­ди нас. Эта змея ле­жала на до­роге за­мер­зшая. Я под­нял ее, сог­рел у се­бя на гру­ди. Те­перь она хо­чет ме­ня ужа­лить.

От­ве­тил конь:

— Дав­но на­до бы­ло убить те­бя. Вы, лю­ди, неб­ла­годар­ны. Ког­да я был мо­лод и ме­ня еще толь­ко объ­ез­жа­ли, хо­зя­ин вы­тирал у ме­ня пот со спи­ны сво­им плат­ком, вдо­воль кор­мил яч­ме­нем и се­ном. А сей­час ви­дишь, что со мной? Бро­сил он ме­ня, ос­та­вил здесь, а сам ушел. Раз­ве это спра­вед­ли­во?

Змея ска­зала че­лове­ку:

— Ну, го­товь­ся к смер­ти! Ос­та­лось спро­сить пос­ледне­го встреч­но­го.

Уви­дел че­ловек ли­су, бе­жит она без ог­лядки во всю мочь, язык на бо­ку но­сит. До­бежа­ла до не­го, поз­до­рова­лась:

— День доб­рый, че­ловек!

— Доб­рый день! Ли­са, рас­су­ди нас, кто из нас прав, а кто нет. Я эту змею от смер­ти спас, а те­перь она хо­чет ме­ня за­душить.

— Так де­ло не пой­дет. Рас­су­дить я вас не смо­гу, по­тому что ты, змея, об­ви­лась вок­руг шеи че­лове­ка. Ес­ли я ска­жу, что он ви­новат, ты его ужа­лишь. Ска­жу «ты ви­нова­та», все рав­но ужа­лишь. Ес­ли вы хо­тите спра­вед­ли­вого су­да, я дол­жна знать, как и где че­ловек на­шел змею, а змея дол­жна спол­зти с шеи.

Спол­зла она на зем­лю, и че­ловек на­чал:

— Так я так. Ут­ром вы­шел я из до­му, смот­рю ― на до­роге ле­жит за­мер­зшая змея, по­жалел я ее, под­нял, по­ложил за па­зуху, отог­рел. Об­ви­лась она вок­руг мо­ей шеи и те­перь хо­чет ме­ня ужа­лить.

Ли­са спро­сила:

— Змея, он прав­ду го­ворит?

— Да, он го­ворит прав­ду.

Тог­да ли­са, об­ра­тилась к че­лове­ку:

— Уби­вай ее ско­рей!

Че­ловек тут же убил змею. Ска­зал он ли­се:

— Ли­са, смо­гу ли я ког­да-ни­будь от­бла­года­рить те­бя? Ес­ли бы не ты, змея ме­ня бы за­души­ла.

— Смо­жешь. Охот­ник с со­бака­ми го­нят­ся за мной. Я еле убе­жала от них. Сей­час они по­явят­ся здесь. Спро­сят те­бя про ме­ня, ска­жи, мол, уш­ла в ту сто­рону, а я спря­чусь под этим кус­том.

Че­рез не­кото­рое вре­мя по­явил­ся охот­ник с со­бака­ми. По­дошел он к че­лове­ку, спро­сил:

— Ли­са тут не про­бега­ла?

Че­ловек от­ве­тил:

— Она спря­талась под этим кус­том.

Охот­ник с со­бака­ми схва­тили ли­су и уби­ли.

Вот и су­дите са­ми, кто ко­го и как от­бла­года­рил.