Как ведьмы конюху отомстили

Один ко­нюх слы­шал раз­го­вор, что ес­ли взять от ста­рого гро­ба до­щеч­ку с дыр­кой из-под суч­ка и пог­ля­деть сквозь ды­роч­ку, ког­да в кос­те­ле во вре­мя служ­бы ксендз свя­тые да­ры воз­но­сит, то уви­дишь всех ведьм и кол­ду­ний, ко­торые в кос­тел приш­ли.

Мо­гиль­щик, ког­да све­жую мо­гилу ро­ет, ста­рые кос­ти и дос­ки вон выб­ра­сыва­ет, и по­пада­ют­ся там иной раз та­кие до­щеч­ки. И кто ту до­щеч­ку под­бе­рет и сквозь ды­роч­ку пос­мотрит, тот сра­зу рас­позна­ет, кто ведь­ма, а кто нет.
Лю­бопыт­но ста­ло ко­нюху, ре­шил он доз­нать­ся, так это или не так. И взял­ся он на по­гос­те ис­кать та­кую до­щеч­ку. И на­шел как раз та­кой об­ло­мочек. От­нес его до­мой, а в вос­кре­сенье взял с со­бой в кос­тел.

Воз­нес ксендз свя­тые да­ры, а ко­нюх — до­щеч­ку к гла­зу! И смот­рит. Лю­ди за­мети­ли, по­няли, что к че­му, но про­мол­ча­ли. А ко­нюх уви­дел все, как по пи­сано­му. Всех ведьм уз­нал. У них сквозь ту ды­роч­ку ста­ли вид­ны по­вяз­ки на го­ловах. По­вязы­ва­ют их, ког­да ко­ров до­ят. И уз­нал ко­нюх ведьм мно­жес­тво.

Ксен­дзу об этом рас­ска­зали, он пос­лал за ко­нюхом и ска­зал ему:
— Ой, смот­ри! Опас­ное де­ло ты за­те­ял! По­мал­ки­вай об этом, упа­си те­бя бог про­гово­рить­ся.
Ко­нюх мол­чал-мол­чал, а по­том кой о чем на­мек­нул сво­им друж­кам. А те у не­го все вы­веда­ли. Уз­на­ли об этом ведь­мы и ре­шили ко­нюха на­казать. Но тот, по со­вету ксен­дза, каж­дый раз, ког­да из до­му или из ко­нюш­ни вы­ходил, обя­затель­но лоб крес­тил, а это от вся­кой пор­чи и кол­довс­тва вер­ная за­щита.

Ведь­мы уж по-вся­кому ста­рались: и так и эдак коз­ни ему стро­или. Но ко­нюх пом­нил, что они на не­го охо­тят­ся, и все вре­мя — на­до не на­до — крес­тился. И не мог­ли они ему пов­ре­дить.

Тог­да соб­ра­лись они все вмес­те, ста­ли со­вет дер­жать.

— По­ка, — го­ворят, — мы его не на­кажем, он бу­дет про нас бол­тать. На­доб­но его унять.

Сто­ял за око­лицей боль­шой стог се­на. И на­кол­до­вали ведь­мы так, что его со всех сто­рон ог­нем ох­ва­тило. Хо­зя­ева крик под­ня­ли, вы­бежал ко­нюх на ули­цу и вто­ропях-то лба не пе­рек­рестил. И ведь­мы тут же ус­тро­или так, что ему но­ги-ру­ки по­вык­ру­чива­ло и сде­лал­ся он не­мым ка­лекой.

А пла­мя над сто­гом в тот же миг по­гас­ло, буд­то его и не бы­ло — сто­ит се­бе стог це­лехо­нек.