О Маркле

Был у ца­ря Со­ломо­на в стра­не один че­ловек, вы­дум­щик, ка­ких ма­ло. Зва­ли его Мар­клей. Час­тень­ко при­ходи­лось Мар­кле бы­вать у ца­ря и за­бав­лять его сво­ими вы­дум­ка­ми.
Вот си­дит од­нажды Мар­кля у печ­ки, дре­ма его одо­лева­ет. А царь кли­чет:
— Мар­кля, ты спишь?
— Нет, все­милос­ти­вей­ший, не сплю.
— А чем за­нят?
— Так се­бе, ду­маю.
— И до че­го до­думал­ся?
— А до то­го, что у со­роки чер­но­го и бе­лого пе­ра по­ров­ну.
— Хо­рошо, — го­ворит царь. — Про­верим.
Сно­ва зад­ре­мал Мар­кля. А царь опять кли­чет:
— Мар­кля, ты спишь?
Вско­чил Мар­кля и от­ве­ча­ет:
— Нет, о все­милос­ти­вей­ший.
— А чей за­нят?
— Ду­маю се­бе.
— И до че­го до­думал­ся?
— А до то­го, что у зай­ца в хвос­те и в хреб­те кос­тей по­ров­ну.
— Хо­рошо, — го­ворит царь. — Про­верим.
Дол­го ли, ко­рот­ко — опять Мар­кля дрем­лет. Сно­ва зо­вет его царь:
— Мар­кля! Да ты спишь!
— Нет, о все­милос­ти­вей­ший.
— А чем за­нят?
— Ду­маю се­бе.
— И до че­го же ты до­думал­ся?
— А до то­го, что при­рода силь­нее на­уки.
— Ну, смот­ри! И это при­дет­ся те­бе до­казать, да так, что­бы ни­како­го сом­не­ния не ос­та­лось.
На сле­ду­ющее ут­ро убил Мар­кля со­року. А царь-то не ждал, по­ка он при­дет, по­велел сво­им стрел­кам убить со­року и при­нес­ти к не­му. Об­щи­пали ее цар­ские слу­ги, пос­чи­тали перья. И ока­залось бе­лого пе­ра поч­ти столь­ко же, сколь­ко чер­но­го.
При­ходит Мар­кля со сво­ей со­рокой, а царь толь­ко ру­кой ма­шет, го­ворит:
— Ве­рю, ве­рю. Сту­пай, Зав­тра пог­ля­дим, как бу­дет с зай­цем.
Убил Мар­кля зай­ца. А царь за­ранее ве­лел сде­лать то же са­мое, и, ког­да цар­ские слу­ги зай­ца раз­де­лали, ока­залось, что Мар­кля прав­ду го­ворил. Явил­ся Мар­кля со сво­им зай­цем, а царь его прочь от­сы­ла­ет.
— Иди, — го­ворит. — Зав­тра до­кажешь мне свою третью прав­ду.
От­ве­ча­ет Мар­кля:
— Ку­да то­ропить­ся? Дня че­рез три при­ду и до­кажу.
По­шел он в лес, пой­мал трех мы­шей и за­пус­тил их в гор­шок. А че­рез три дня у ца­ря был боль­шой пир. При­шел на не­го и Мар­кля, гор­шок у не­го с со­бой, толь­ко нак­рыт так, что­бы мож­но бы­ло мы­шей по од­ной вы­нимать.
У ца­ря был уче­ный кот, си­дел он на сто­ле на зад­них лап­ках, а в пе­ред­них дер­жал го­рящую све­чу. По­дошел Мар­кля к сто­лу и вы­пус­тил мышь. Хо­тел кот прыг­нуть за вей, да царь ему пог­ро­зил, кот на мес­те ос­тался, а мышь убе­жала. Тог­да Мар­кля вто­рую мышь вы­пус­тил. Хо­тел кот бро­сить све­чу, да царь ук­ро­тил его сво­им цар­ским сло­вом. По­дож­дал Мар­кля нем­но­го и вы­пус­тив третью мышь. Бро­сил кот све­чу, прыг­нул за мышью и при­нес ее на стол.
— Ви­дишь, царь, — го­ворит Мар­кля. — При­рода силь­нее на­уки. Ник­то это­го ко­та не учил мы­шей ло­вить, а он спра­вил­ся, как ему при­рода ве­лела. А че­му его учи­ли, тем пре­неб­рег.
Раз­гне­вал­ся царь, го­ворит Мар­кле:
— Уби­рай­ся прочь! Ли­ца тво­его ви­деть не хо­чу.
— Хо­рошо, — го­ворит Мар­кля. — Ко­ли не же­ла­ешь, все­милос­ти­вей­ший, ли­ца мо­его ви­деть, при­дет­ся те­бе кой-чем дру­гим по­любо­вать­ся.
И быс­трень­ко вон из двор­ца.
Ночью снег вы­пал. По­шел Мар­кля в ближ­ний лес, на­дел се­бе на но­ги по ре­шету, при­вязал их, про­топал в них к цар­ско­му двор­цу и спря­тал­ся в пе­чи, что в са­ду сто­яла: там ле­том хлеб пек­ли. Прош­ли еге­ря с об­хо­дом, выс­мотре­ли сле­ды не­ведо­мого зве­ря. Да­ли знать во дво­рец, а са­ми пош­ли по сле­дам. При­вели сле­ды в сад, к пе­чи ве­дут. И о том ца­рю до­нес­ли.
Царь ружье за­ряжа­ет, ве­лит весь двор соз­вать и впе­реди всех идет к пе­чи.
Тем вре­менем Мар­кля шта­ны спус­тил и зад­ни­цу из печ­ки выс­та­вил. Заг­ля­дыва­ет царь в печь, а Мар­кля и го­ворит:
— Не же­лал ты, царь, ли­ца мо­его боль­ше ви­деть. Вот и по­любуй­ся те­перь на мою зад­ни­цу.